Под маской

 ― Ты думаешь, что можешь так дерзко разговаривать со мной! Позвони в колокольчик! Ты выводишь меня из терпения и до смерти утомляешь! Посмотри, который час! Я должна была лечь в постель полчаса тому назад! Меньше чем через час уже пора будет готовиться к обеду, а я из-за тебя ― несдержанной, бессердечной и неблагодарной распутницы, до сих пор не сомкнула глаз! Убирайся! И не льсти себя надеждой, что ты получила мою поддержку, потому что ты ее не получала!

Осторожно выйдя из комнаты и начиная спускаться по лестнице в поисках мистера Фэнкота, Кресси с облегчением закрыла лицо. Хотя она не подавала виду, но разговор с почтенной вдовой дался ей не без душевного трепета. Пока результат ее откровенности был более обнадеживающим, чем она ожидала. Она не могла себе представить, что ее властная бабушка сразу же даст свое согласие на брак, который, помимо того, что был менее блестящим, чем представленный на ее одобрение вначале, грозил также стать источником скандальных сплетен, весьма неприятных для такой пожилой и благородной леди. Она очень опасалась, что, придя в неистовую ярость, почтенная вдова в тот же день заберет ее с собой и помчится в Уэртинг. Она, безусловно, очень рассердилась, и это было вполне объяснимо; но своим наметанным глазом Кресси увидела, что у нее и мысли не было прибегать к крайним мерам. Наиболее показательным ― к великому облегчению Кресси ― было то, что вдовствующая леди Стейвли не потребовала к себе хозяйку дома для объяснений по поводу такого вероломства. Вместо этого она жалобным голосом, больше подобающим рассерженной и озадаченной старой леди, чем разъяренному деспоту, обругала свою заблудшую внучку не за то, что та позволила впутать себя в этот розыгрыш, а за то, что из-за нее она потеряла тридцать минут сна. Бабушке, подумала Кресси, нужно время для размышления, и одного этого обстоятельства достаточно для того, чтобы проникнуться оптимизмом. Битва, несомненно, была выиграна, но, несмотря на это, договориться с бабушкой может оказаться очень трудно. Правда, ее позабавили некоторые моменты рассказанной ей возмутительной истории; кроме того, ей, несомненно, очень понравился мистер Кристофер Фэнкот. По мнению Кресси, все теперь зависело от того, найдет ли сей находчивый джентльмен благоразумный выход из ситуации, которая, по всей видимости, даст высшему свету повод для нескончаемых сплетен и догадок.

Она нашла Кита в библиотеке, но, окликнув его, обнаружила, что там же находился сэр Бонами, и, пробормотав какое-то извинение, хотела выйти.

Кит стоял, опираясь рукой на спинку стула, напротив сэра Бонами, который со смиренным выражением лица сидел на диване, сложив руки на коленях.