Подарок

Не испытывай судьбу!

— И что же будет, если ты перейдешь предел? Он испепелил ее взглядом, уничтожившим бы обычного противника. Но только не Джорджину, прекрасно сознававшую, что ей нечего беспокоиться, он и пальцем ее не тронет. Однако она действительно подвергла мужа тяжелому испытанию.

— Я знаю, ты любишь близнецов, — начала она. — Да и как не любить этих ангелочков. Стоит лишь взглянуть на них, и сердце сжимается от счастья. Но в то же время ты был перепуган при одной только мысли, что сможешь стать отцом двойняшек. Когда у Эми и Уоррена родились близнецы, ты сообразил, что в нашей семье такое случается нередко! Помнишь?

— Дорогая, я совсем не боялся, просто чертовски удивился, особенно еще и потому, что среди этого поколения нет никаких двойняшек.

— Трясся от страха, — коротко бросила она. Джейми театрально вздохнул.

— Если настаиваешь, я вынужден согласиться. Разве я могу спорить со своей прекрасной дамой? И какая тут связь?

— Не хочу снова повергать тебя в трепет и вселять ужас.

— Снова?! — И тут до Джейми дошло. — Господи, Джордж, у нас будет ребенок?

На этом месте она залилась слезами, а Джейми, напротив, разразился смехом. Просто не сумел сдержаться. Но Джорджина, вместо того чтобы успокоиться, заплакала еще громче.

Поэтому он подхватил ее, сел на постель, посадил жену к себе на колени и, обняв, прошептал:

— Знаешь, Джордж, нам пора выработать ритуал объявления подобных известий. Вспомни, какими словами ты объявила мне о скором появлении Джек?

Да… какими словами… разве такое забудешь? На корабле, в самый разгар яростной перепалки, когда она только что обозвала его карибским пиратом и чванливым лордишкой!

— Не хотелось бы указывать тебе, ведьма, — отозвался он тогда, — но меня еще и не так величали, поэтому не трудись понапрасну!

— А мне все равно! — взвилась она. — Боже, подумать только, что я хотела родить ему ребенка! Этому извергу!

— Черта с два! — завопил он. — Какой там ребенок! Я больше пальцем к тебе не прикоснусь, так и знай! Уж лучше век не видеть баб, чем спать с такой стервой!

Джорджина повернулась, но, прежде чем уйти, дала прощальный залп из всех орудий.

— Поздно спохватился, болван! — взвизгнула она и гордо удалилась, оставив его в полнейшем оцепенении, пока он не понял, что она уже ждет его дитя.

— А второй раз, если хочешь знать, ты вообще отрицала, что беременна. Все врала, что просто толстеешь, словно я, как последний олух, не могу отличить одно от другого!

Джорджина рассерженно поджала губы.