Под парусами. Свободные (СИ)

- Наверное, правильнее было, если бы я ругала себя за то, что вообще пришла вчера вечером, - снова заговорила Александра. - Но не получается. Рядом с тобой у меня вообще не получается быть разумной. Сама себя не узнаю. Все проще, ярче. Будто кто-то сменил черно-белую пленку в моем фотоаппарате на цветную.

- Ох уж мне эти фотографы! – усмехнулся Олег и крепко сжал девушку в объятиях.

- Какие есть.

- Лучшая. Моя. Теперь моя.

- Да. Теперь, - Аля тяжело вздохнула. – Как бы я хотела, чтобы все было иначе.

- Будет. И раньше было бы, если бы кто-то не был таким упрямым.

- Я не могла. Не понимала.

Сафронов зарылся носом в золотистые пряди.

- Себя? – коснулся губами виска."

"- Я боялась, – сказала Аля едва слышно. - Витя... Он не такой, каким кажется. С виду суровый, все по полочкам: на верхней - работа, на нижней - желания, но... По-другому он не умеет. Слишком много держится на нем. А мне... Мне этот шкаф не сломать.

В голосе девушки послышалась горечь, но почему-то вместо сочувствия Олег ощутил злость.

- И тебе не было тесно... на полочке?

- Мне? – вдох. - Я думала… Что счастлива.

Мужчина за ее спиной будто в камень превратился.

- Родной, - развернувшись, Аля обняла его за талию. Губы коснулись губ. Потерлись. – Тебе, конечно, сложно понять, но… - осеклась.

- Продолжай.

- У тебя все иначе. Море, скорость, яхты... – она прижалась щекой к широкой груди. Позади пенился волнами Финский залив, ветер и холод, а впереди был Олег, теплый и большой. Он должен ее понять. - А моя жизнь другая. Я живу здесь. Этим городом. С мамой, у которой кроме меня почти никого нет. Со своими трудностями и мечтами. И Витя... Он стал для меня сказочным принцем.

Грустная улыбка промелькнула на ее губах.

- Добрым, надежным, но сложным и порой совершенно непостижимым принцем, – повторила. Прошлое не пугало. Словно в старом кинофильме в нем было много дорогого и любимого, но в плоский мир киноэкрана возврата больше не было. - Пока не появился ты, мне не было тесно на своей полочке.

Олег обхватил ладонями ее лицо. Вот оно, признание, о котором столько мечтал. Никто теперь ее не отнимет. Никто… Кроме его самого.

- Саша, я… - откашлялся, - уезжаю завтра.

Пришел для Али черед каменеть.

- Далеко?

- Да. Милая, - заглянул в глаза. - Ты просила о времени.

Веки девушки дрогнули.

- Теперь оно у тебя будет, - Сафронов шумно втянул воздух.

- Что ты задумал? – обеспокоенно.

Последние дни Олег то и дело прокручивал в голове этот разговор. Думал, как скажет Але о своем решении. Подбирал слова. Сейчас, после ее откровения, заготовленные красивые фразы стали казаться глупостью.

- Я принял одно предложение… - начал он.

***

Аля молчала. То улыбалась, то хмурилась. В больших глазах отражалось осеннее небо, а непослушные волосы золотым ручьем струились на ветру. «Он уезжает! Уезжает от меня!» - замирало сердце.