Подстава

– Да, отпустило, – и мне плевать, что Эрих язвит. – Ладно, малыш, переходим к твоей персоне. Когда секс?

В саду вдруг стало тихо. Не то чтобы там раньше птички пели и все такое, но вот сейчас стало тихо. Совсем тихо.

– А ты уже согласна на секс? – несколько насмешливо спросил архонт.

Представила себе секс с Эрихом… Вообще никаких проблем, только мысли о том, насколько я оторвусь после. Вот только все это портил один момент – когда я закончу с Эрихом, меня, возможно, ждет поцелуй с Багором… Млять, убейте меня кто-нибудь, я понятия не имею, как буду разруливать эту ситуацию.

И тут у Эриха вдруг сдали нервы.

– У тебя проблемы на Гаэре? – прямо и резко спросил он.

– Да, – прошептала, убитым голосом.

Потому что сама я была убита всем вот этим.

– Кого-нибудь нужно убить? – уточнил адмирал тайремского флота.

– Убить – это не проблема… – прошептала я.

Потому что после Дерана для меня убийство уже точно проблемой не было.

– А что проблема? – нервы у Эриха явно начали сдавать.

«Возвращение на Гаэру» – мрачно подумала я, но говорить не стала.

К черту этот эмалированный изыск аномальных технологий, я с ним разберусь как-нибудь, а вот Багор…

– Мелани, – одно движение, и рука Эриха оказалась на моей щеке.

А едва я посмотрела на архонта, он почти с нежностью произнес:

– Ты никогда не вернешься на Гаэру, поверь мне.

Вздохнула. Движением сбросив его ладонь, вздохнула снова и ответила:"

"– Эрих, я вернусь. Я всегда возвращаюсь. И самое поганое заключается в том, что к тому моменту даже тебя не будет, я тебя лично прирежу, так что и мысли о тебе меня не спасут. Ничего не спасет. И, знаешь, я, кажется, впервые ощущаю себя в действительно безвыходной ситуации, и мне так хреново на душе…

И тут я подумала, что когда вернусь на Гаэру Эриха же реально уже не будет… И от этого стало раз в тысячу хреновее вообще. Я была зла на него как крысодлак в брачный период, это когда некоторые особи полпланеты выгрызть могут запросто, но представить себе вселенную без Эриха, оказалось почти ударом.

Я посмотрела на него. В его нереально бездонные глаза, и плевать что у него нос большой, но вообще не плевать, что Эриха больше не будет. Я вдруг отчетливо поняла, что не хочу его убивать. Просто не хочу. Хочу, чтобы он жил. Да, он сволочь. Да, он унизил меня. Да, его убийство теперь было делом чести. Но я смотрю на этого гада, который выбесил еще на Франциске, и понимаю, что не хочу. Не хочу его смерти. Не знаю почему. Пытаюсь понять, очень пытаюсь, и он ведь враг, причем крайне опасный, но я не хочу, чтобы эти глаза угасли…

– Зачем ты так поступил? – спросила, желая узнать, действительно зачем.

И архонт понял, о чем вопрос. Сходу понял. Осознал, блин.

И ответил неожиданно честно:

– Я очень много узнал о тебе, за этот месяц.