Поединок. Выпуск 2

Поразительная по своему размаху научно-техническая революция в нашей стране, как прямое следствие всей героической истории нашего государства — и на полях битв и в годы пятилеток — породила и порождает ежечасно нового читателя. Ни в одной стране мира нет такого количества учащихся, как в Советском Союзе, ни в одной стране мира нет такой огромной сети библиотек и жажды к чтению. Читатель у нас требовательный, очень умный и много знающий. Поэтому невероятно высока ныне требовательность к писателю: ему много дано, но, соответственно, многое с него и спросится. Одна из главных опасностей, подстерегающих литератора, работающего в жанре детектива, заключается в том, что он отстанет от уровня новых знаний, от развития науки.

А ведь научно-техническая революция вносит интереснейшие нюансы и в область детективно-криминалистического жанра."

"...Задумываясь о продолжительности жизни жанра, логично задаться вопросом более частным: сколько живет произведение? А. П. Чехов полагал — то, что он пишет, едва ли проживет более десяти лет. Уже в наше время С. Моэм отмечал, что средняя жизнь романа равна девяноста дням.

Справедливости ради, можно заметить, что есть произведения, жизнь которых определяется и меньшими сроками. Правда, это не те произведения, о которых хотелось бы говорить на этих страницах. Но, если говорить о том, сколько живет отдельное произведение — закономерно, то, очевидно, закономерно задаться таким же вопросом о жанре в целом. Если говорить о детективно-криминальной литературе, то ведь, как явствует из истории, правонарушения и преступления были всегда. Однако литература, отражающая это явление общественной жизни, литература детективная, возникла относительно недавно. Поединок сыщика и преступника (или судьи и преступника) в течение тысячелетий истории не становился объектом внимания литературы. «Плутовской роман» при этом можно не принимать в расчет. Только пробуждение общественного интереса к данному срезу жизни вызвало появление того, что мы называем детективной литературой. Спрашивается, сколь устойчив может быть этот интерес? Иными словами, всегда ли читателю будет интересно: кто украл и когда же его поймают?

Что питает детективный жанр в сюжетном смысле? Преступление.

Но тогда по мере дальнейшего развития нашего общества, по мере его приближения к Коммунистическому Завтра, преступление как социальное явление будет все больше и больше сходить на нет. Соответственно пропадет и сама нить реальности, питающей данный жанр. Некие признаки этого оптимистического процесса просматриваются уже сейчас. Поэтому, когда читаешь какую-нибудь ремесленно «сляпанную» книгу, становится неинтересно, глубоко безразлично, кто совершил это зло и каким образом будет он, наконец, изловлен.