Поединок. Выпуск 2

С улицы послышались выстрелы.

Из зала, где размещался центр связи, открывался вид на президентский дворец, к которому короткими перебежками, под прикрытием пулеметов, продвигались солдаты — их было около двухсот. Открыли ответный огонь и защитники «Ла Монеды», поддержанные «франко-тирадорес» — снайперами, укрывшимися на крышах соседних зданий. Глухо рявкнули орудия путчистов. Неуверенно тронулись с места танки — и застыли, когда одна из машин, подбитая прямым попаданием из базуки, вспыхнула. Атака захлебнулась.

— Сколько же их там, во дворце? — поинтересовался Фрэнк.

— Не знаю... Вроде бы не больше сорока, — процедил капитан Гальярдо.

В комнату стремительно вошел Патрисио Карвахаль.

Бледное лицо его покрылось пятнами. Адмирал схватил трубку аппарата прямой связи с президентом республики:

— Сеньор Альенде? Даем вам на размышление еще двадцать минут. Повторяю наши условия: в случае добровольной сдачи мы предоставим вам самолет, на котором вы сможете покинуть пределы Чили с вашей семьей и ближайшими сотрудниками... Что-о-о? — лицо Карвахаля вытянулось и побагровело, словно от пощечины.

Ни на кого не глядя, он вышел из комнаты.

После полудня, когда истек срок очередного ультиматума, «Ла Монеда» был подвергнут бомбардировке с воздуха. Президентская резиденция загорелась.

И тогда начался штурм.

Через арку главного входа два танка, стреляя на ходу, вломились во дворцовый «патио» — внутренний дворик. За ними ворвались солдаты-пехотинцы, которыми командовал генерал Паласиос.

Когда все кончилось, Фрэнк вернулся в отель.

Попробовал с ходу приготовить репортаж об этом бесконечно долгом, сумасшедшем дне.

Репортаж впрок — на тот момент, когда возобновится связь со Штатами.

Но дальше первой фразы дело не пошло.

Попробовал дозвониться к Глории — долгие гудки в ответ.

Тогда он запер дверь на ключ и достал толстую черную тетрадь, сплошь исписанную мелким почерком. Он решил занять себя, отвлечь от сегодняшнего дня просмотром набросков к книге.

Перелистывая страницы, О’Тул шаг за шагом восстанавливал в памяти события недавнего прошлого.

Из воспоминаний О’Тула

ОТТАВА — ТОРОНТО.

МАРТ

С чего же все началось для меня? Пожалуй, с той субботней вечеринки у Леспер-Медоков в Оттаве, в марте 1973 года. Я пришел, когда веселье было в разгаре. Оглушительно ревела включенная на полную мощность стереосистема «Ревокс» — гордость Жака, хозяина дома. Сам он в такт музыке встряхивал миксер, колдуя над приготовлением убийственного коктейля, «рецепт которого, мадам, месье, мадемуазель, не известен ни одному бармену Западного полушария».