Пограничная река

 — Эх, сейчас бы они нам очень не помешали.

Да, если прежде передвигаться на лыжах по мокрому снегу или насту было затруднительно, то сейчас для них самое раздолье. За каких-то пять или шесть часов свежего, рыхлого снега навалило чуть не по колено, он до сих пор иногда срывался, на несколько минут погружая мир в сумрак. Пожалуй, даже на лыжах передвигаться будет не слишком комфортно для переднего. Но вот остальным идти по набитой лыжне понравится. Увы — мародёры ещё неделю назад спрятали их в укромном месте, надеясь, что когда-нибудь вернутся. Немудрёные самоделки, но всё равно жалко — у землян самая пустяковая вещь в цене.

Рог так и не рискнул переместиться восточнее, к широким тропам. По правую руку они оставляли немало крупных поселений, между ними часто сновали группы людей. Учитывая численность бандитов, встреча с ними может оказаться роковой. Вожак не обольщался по поводу того, что местным ребятам удастся задурить голову. В отличие от островитян, они немало натерпелись от разных шаек и привыкли к осторожности. Кроме того, многим известны приметы Рога, Гарика и Антона, да и Вадима наверняка запомнили.

Местный деревенский телеграф в этом отношении работал на диво эффективно — вся округа знала своих «героев». Учитывая, что простоте местной судебной системы мог позавидовать достопочтенный Линч, подобных встреч следовало избегать.

Помня о вероятной погоне, Рог ещё по снегопаду сделал несколько петель, запутывая след. Он надеялся, что преследователи не успели наткнуться на него слишком быстро, а теперь это было почти невозможно. Они слишком далеко ушли от острова, а в тех краях их тропа теперь была завалена, ничем не отличаясь от звериной. Но если успели найти поутру… Дело плохо — найдут, обязательно найдут.

Даже фора в несколько часов лишь оттянет неизбежный конец.

— Я больше не могу! — охнул Вадим. — Рог, да сколько же можно брести?!

— Сколько надо, столько и будем, — с хрипом выдохнул вожак, упрямо пробивая тропу.

— Ночь ведь не спали! — Вадик чуть не плакал. — Сдохнем ведь! Мы же не лошади, такие забеги устраивать. Нога уже огнём горит.

— Я тебе её отрежу, сразу полегчает, — мрачно пообещал Рог.

— Я ж серьёзно! Темнеет уже… Той ночью едва глаза на ветках не оставили, а эта ещё темнее будет: вон как тучами всё затянуло.

— Уймись. Надо место найти посуше, здесь не присесть даже. Разве не чувствуешь, как под снегом вода чавкает? Самая низина. Вот подожди, выберемся повыше, там и ночёвку нормальную устроим.

— Надо было восточнее идти, подальше от реки, — вздохнул Гарик."

"Спорить Рог не стал: он и без того дышал как загнанная лошадь — не стоило переводить кислород на пустые слова. Хотя по этому поводу у него были свои соображения: пусть в пойме передвигаться нелегко, но зато безопаснее.