Пограничная река

Овец тоже дает, коровы появились, лошади есть. Чем больше ты ему одно место вылижешь, тем больше получишь. Так что явной оппозиции у нас нет. Да и смысл менять шило на мыло? Появится Круг номер два — какой толк от этой перестановки? Демократии здесь вообще нет, и не будет, наверное. Пока парламент решит, сколько солдат посылать в бой, к ним уже ворвется толпа раксов. Одна голова должна быть — иначе здесь выжить не получится. А пчелам и вовсе безразлично: демократия у нас, или диктатура, или какой-нибудь сатанинско-гомосексуальный фашизм. Если бы люди вкалывали как они, все бы в золоте купались.

С утра до вечера жужжит пчелка — нектар таскает. Мало того, что себя должны обеспечить, так еще и нахлебников вроде нас.

Голос Сергея при словах о насекомых опять начал наполняться нездоровым энтузиазмом — становилось очевидно, что пчелы были для него крайне важной темой, чем-то близкой к смыслу жизни:"

"— Мне бы раньше кто сказал, что я будут их разводить, не поверил бы. Боялся их как ос или шершней. А ведь зря: пчела просто так тебя не тронет, а если ужалит, так сам в этом и виноват. Незачем ей просто так человека жалить: после этого ведь бедняжка помирает.

У меня сейчас пять колод и четыре улья своих, и я вам честно скажу: ульи один другого лучше, а от колод надо отказываться. Лучше уж заплатить мастерам, и позабыть про возню с этими бревнами, чем потом с ними корячиться. Меду накачал: на полпоселка хватит. Летом, конечно, повозиться пришлось с ними: пока привык к этому делу, пока научился вывозить на нужные поляны… Время много ушло… Давилку свою хотел сделать, да потом подумал: а нафига мне она? Я же не бомж беспризорный — при большом поселке живу, — уж где подавить всегда найдется. А осенью еще получил сироп от Круга, взамен за мед и воск. По плавням тростник растет со сладковатыми стеблями — мы его сахарным называем. Сахара их него никто еще не добыл, но патока получается знатная. Вонючая, правда — люди ее не жрут, только на брагу пускают и самогон, но на подкормку пчелкам пойдет. Осенью я их подкормил, а как пошли морозы, опустил ульи в омшаник. И сразу призвали меня для похода в Хайтану. Как там мои пчелки теперь? У чужих людей теперь остались… Надеюсь, все у них хорошо: вернусь, и они пожужжат мне радостно. На роение не попал уже, конечно, и ждать теперь придется до следующего года, ну да ладно — и девяти семей пока хватит. А уж на будущий год я развернусь: десятка три котов

[18]поставлю — места знаю верные.

— Слушай, пасечник, ты скажи, а северяне и островитяне чем налоги платят? Тоже воском и медом?

— Не, у них не так все. У северян народ разбит на коммуны, по роду занятий и месту проживания. Каждой коммуне указан вид налога, его объем и сроки выплат. Если ты рыбак, то рыбой снабжаешь гарнизон в ближайшей крепости.