Пограничник. Том 10: Тень \

— Я ж так долго этого хотел… Так долго голову ломал… Я… Когда? — бормотал при этом Бледнов.

— Пока не известно, — сказал я. — Бюрократия, все дела. Пока машина провернется, пройдет какое-то время. Может, несколько недель. Но начотряда приложит все силы, чтобы помочь своим. Я его знаю. Когда на Шамабаде случилась беда с тем бунтом, он нас не оставил. До последнего стоял за своих. И сейчас будет стоять.

— С-спасибо… — глаза Бледнова заблестели, когда он тряс мне руку, — спасибо, Саша!

Вдруг на пороге появился старый Муаммар. За его покатым плечом почти сразу показалась и Анахита. Старик смотрел на нас с умиротворенным спокойствием. Анахита — с тревогой.

— Не бойся ты, красавица! — крикнул ей Муха с улыбкой, — не бойся. Сегодня мы плохих вестей не принесли. Только хорошие.

Она не ответила. Просто не успела, потому что к ней кинулся Бледнов. Он обнял ее и старика за плечи. Принялся тихо, но возбужденно им что-то рассказывать.

Я видел, как лицо Анахиты менялось на глазах. Как оно сменило выражение с настороженного и взволнованного на счастливое и удивленное.

Девушка что-то спросила у Бледнова. Тот осекся. Застыл. Обернулся к нам.

— Едет только Анахита? — спросил он.

— Она, ваша малолетняя дочь и вы, товарищ лейтенант, — ответил я.

— А дедушка? — Анахита опередила хотевшего было открыть рот Бледнова.

Мы с Мухой переглянулись. Старлей нахмурился.

— Сожалею, — покачал я головой, — но свидетель по делу только вы. Уважаемому Муаммару придется остаться в Айвадже.

Глаза Анахиты наполнились страхом. Она быстро глянула на дедушку. Муаммар был спокоен.

— Дедушка… Я не могу тебя оставить… — пробормотала девушка, утирая побежавшие по щекам слезы.

— Анахита… — вмешался было Бледнов.

Девушка резко посмотрела на него, и лейтенант замялся.

— Все хорошо, Анахита, — с добротой в голосе проговорил старик. — Все хорошо. Ты выросла сильной и смелой. Ты…

— Я не могу бросить тебя одного… И…

— Я стар, Анахита, — старик бережно коснулся ее щеки своей узловатой ладонью. — Моя жизнь близится к закату. А ты молода. Твоя жизнь еще длинная. И тут тебе не дадут ее хорошо прожить. Тут над тобой вечная тень моего дома. Там теперь твоя жизнь. С Иваном.

С этими словами старик посмотрел на Бледнова.

— Ваня, поклянись душой, что будешь защищать моих внучку и правнучку всеми силами. До тех пор, пока жизнь теплится в твоей груди.

— Клянусь, — сказал Бледнов.

И сейчас в его голосе я не услышал никаких сомнений. Ответ оказался по-офицерски тверд и решителен.

— Хорошо, — покивал старик немного погодя. — Тогда езжайте с миром. Я буду каждый день молить Аллаха, чтобы у вас все было хорошо. Каждый день просить у него здоровья для вас троих.