Похищенная

* * *Инга не знала, сколько времени продолжался полет.

Сначала она сидела на полу, все еще на что-то надеясь. С наивной верой ожидая, что вот-вот откроется люк и в нем появится привычная маска, за которой будет скрываться внимательный и спокойный взгляд Алларда. И что она услышит, как раздастся его голос, хладнокровный и в то же время заботливый.

Но секунды сливались в минуты, минуты в часы, а капсула мчалась в космическом пространстве, не сходя с запрограммированной траектории. Автопилот ловко уклонялся от возможных помех. Он нес груз государственной важности, так значилось в его протоколах. Ведь этот челнок был предназначен для спасения жизни единственного наследника Тарианской империи, и лишь по чистой случайности в нем оказалась девушка с далекой Земли.

Жилой отсек капсулы был оборудован с небывалой роскошью и комфортом. Но Инга не заметила ни того, ни другого. Она даже не заметила, сколько времени просидела, сгорбившись, на полу, прежде чем поднялась и, с трудом передвигаясь на ослабших ногах, добралась до кресла.

Здесь эргономичный материал принял в себя ее тело и моментально подстроился под параметры девушки. Она будто оказалась в надежной колыбели. Мерное гудение двигателей должно было успокоить расшатанные нервы, легкая вибрация — укачать, но ни то, ни другое не помогало. Инга просто полулежала, закрыв глаза, а из-под ее плотно сомкнутых век медленно, одна за другой, катились слезы.

Только сейчас она вдруг осознала, что в ее жизни есть кто-то, кого она не хочет терять. И пусть Аллард был бесчестен с ней, пусть силой присвоил себе, лишил прошлого и разлучил с сыном, но теперь ее будущее казалось бессмысленным, если в нем не будет его.

И ребенок…

Неужели она действительно зачала? Вряд ли Аллард способен так жестоко шутить!

Перед внутренним взором Инги, как наяву, пронеслась их жаркая встреча. Жадные ласки, всепоглощающая страсть и безумие, которое в тот момент овладело ими обоими.

Она несмело положила ладонь на свой плоский живот. Ее пальцы немного дрожали, а дыхание сбилось.

Сколько раз он взял ее тогда? Два? Три? Или больше? Она сбилась со счета от бесчисленных волн удовольствия, что накатывали на нее раз за разом. Ее тело горело в его руках, плавилось, добровольно подчиняясь мужскому напору. Казалось, Аллард был ненасытен, казалось, ничто не сможет утолить голод, пылавший в его глазах…

И кто знает, может уже тогда он предчувствовал, что придется расстаться и, как всякое живое создание, хотел оставить что-то после себя?

Говорят, близость смерти усиливает инстинкт размножения. Говорят, в древности воины, прежде чем уйти на войну, старались сделать жену беременной, чтобы остался наследник.

Инга не знала, так ли это на самом деле.