#НенавистьЛюбовь

Она спешила куда-то по асфальтированной дороге, и ее распущенные выпрямленные волосы взметались при каждом шаге.

И зачем только распрямила?

В детстве Даня думал, что волосы Пипетки – особенные. Ни у кого таких нет.

Даша скрылась за поворотом, и он потер лицо. Может быть, она к нему идет – такая красивая?

Его сердце тотчас опалила жаркая ревность. Пусть идет. Пусть.

Этот урод намекал, что у них все по-взрослому. Она – его.

К дьяволу всех!

Даня ударил по висевшей в углу груше, не надев перчатки на руки, хоть и прекрасно знал, что так делать нельзя. И если бы в комнату не зашла мать, содрал бы всю кожу на костяшках.

– Что такое? – нахмурилась она, держа в руках поднос с фруктами.

– Тренируюсь, ма, – натянуто улыбнулся он.

– Ты аккуратнее тренируйся, Дань. С таким лицом обычно на вилы сажать идут, – покачала головой мать и поставила поднос на стол. А Даня, забив на все, доделал лабораторную.

Стоило ему закончить и рухнуть в кровать, как зазвонил телефон. Каролина.

– Да, – сказал он, сжимая в кисти эспандер.

– Привет, Дан, – услышал он ее звонкий голос. Такие голоса называют хрустальными.

– Привет.

– Ты занят?

– Домашку делал.

– А я о тебе думала, – вдруг сказала Каролина. – Писала тебе, но ты не отвечал. Решила позвонить. Извини, если отвлекла.

– Все в порядке, – ответил он, думая совсем о другом.

– Ты не мог бы помочь мне завтра? – спросила девушка.

– Без проблем. Чем?

– Сходи со мной на свидание. В кино. Безумно хочу карамельный попкорн. И романтики.

– Настроения нет, – честно признался Даня.

– Ты ведь знаешь, что надо, – тихо сказала Каролина. – Идем. Я уже купила билеты. По-другому нельзя… Завтра в три, в «Кинодрим», – назвала она популярную сеть кинотеатров. – Я буду ждать тебя.

– Каролин, я не в настроении.

– Дан, ты придешь. Потому что так нужно. И потому что ты нужен, – тихо сказала девушка, – мне нужен. И ей нужен.

Она сбросила вызов, заставив Даню поморщиться. Каролина всегда была его хорошим другом – правда, на расстоянии. Помогала советами, могла выслушать в любое время, но и он всегда относился к ней бережно.

А потом все перевернулось с ног на голову. И Даня потерял контроль над ситуацией. Но больше всего его угнетало не это, а то, что он потерял своего человека. Ту, из-за которой моментально вспыхивал от ревности. Ту, которую хотел уберечь от всего на свете.

Почему-то он вспомнил, как она целуется, и накрыл лицо подушкой, которую почти тут же отшвырнул к окну. Любое воспоминание о том, что было между ним и Дашей, заставляло голову отключаться. С того момента, как она снова ворвалась в его жизнь, у него никого не было. Странно, но он никого и не хотел – кроме нее.

Даня сам не заметил, как заснул, и ему снилась Дашка – она лежала на золотом песке, одетая в его белую, соблазнительно расстегнутую рубашку.