Полет Стрижа

— И что? — продолжал допытываться Стриж.

— Что-что! — сердито отозвалась хозяйка. — Я ведь женщина молодая, веселая, симпатичная. Засохнуть от скуки не дали, муж узнал — не простил. Квартирку разменяли, а там уж все как-то естественным путем пошло. Зарабатывать нашим способом — что может быть естественней для бабы. Скажешь нет? — агрессивно накинулась она на Стрижа.

— Я молчу, — засмеявшись, поднял руки Анатолий.

Женщина помолчала немного, взяла в руки бутылку, подумала, отставила.

— Это ведь вы нас, мужики, развращаете, — сказала она уже спокойнее. — Пока бегала по своей деревне в ситцевом платьишке, вроде ничего и не надо было.

А тут все это барахло, комфорт. Раньше ведь как было — муж с плаванья возвращается, мы первым делом куда идем? Не домой, нет, в комиссионку. Товар скинем, ну а потом уж домой. Я на панель в таком возрасте вышла, в каком нынешние уже сходят. Молодняк идет косяком, на любой вкус, в любом возрасте.

— А как же ты? Ты же вон держишься? И выглядишь очень даже хорошо, — не удержался от вопроса Стриж.

Она искоса глянула на него, но решив, что свой комплимент странный гость отпустил от всей души, простила.

— Спасибо, конечно. А насчет того, как я держусь… Пословицу знаешь — ""маленькая собачка до старости щенок"". Нынешние уже в двенадцать выше меня, длинные, мослистые. Акселерация. А на таких, как я, всегда найдется любитель. С лицом вот ничего поделать не могу, стареет. Хваленые эти кремы, вся реклама — такая дребедень. Знаешь, чего я боюсь больше всего? Подойдет какой-нибудь и скажет: ""А эта старушка что тут делает?"""

"Она снова замолчала, потом чисто механическим движением налила себе рюмку, выпила, смешно сморщилась. Взяла давно потухшую сигарету, закурила снова.

Из Нади словно выпустили пар, она как-то обмякла, задумалась. Стриж тоже молчал, не зная, как и про что теперь говорить.

— Пожалуй, я помогу тебе, — вдруг сказала хозяйка. — Вот только что у тебя выйдет, против Шварца, знаешь ли, страшно.

Она еще немного помолчала, ткнула сигарету в пепельницу, взяла в руки фотографию.

— Я с Валей познакомилась не так давно в «Бригантине». Девчонка как девчонка, современная, без комплексов. Молодежь сейчас некоммуникабельностью не страдает, прибилась она к нашей компании.

Москвичка, жила в «Приморской». Вечер, другой, третий. Потом встречаю ее на набережной, сидит, на море смотрит. Сама замерзшая, как щегол. Я сразу поняла — что-то случилось. А у нее просто деньги кончились. И так немного было, а тут еще какой-то кавалер остатки выгреб, пока она спала. И вернуться домой не на что, и жить негде. Я привела ее сюда, отогрела, накормила. Для сугрева налила ей, она и понесла все на свете, что за душой, то и на языке. С родителями она разругалась, ну там вообще какая-то дурацкая история.