Полет Стрижа

Хотел еще что-то добавить, но тут ворвался этот придурок с лопатой. Кстати, спасибо за сигнал. А не то снес бы он Сереге полбашки.

— Хорошо, теперь идите по одному, я тут подчищу. Встретимся на набережной, возле башни.

Оставшись один, Винтер неторопливо занялся осмотром дома. Собственно то, что ему было нужно, он нашел быстро. Дипломат с валютой, гонораром Пежо за проделанную работу, лежал в комнате на втором этаже. К удивлению Винтера денег оказалось гораздо больше, чем он думал. Очевидно, запросы Пежо и Федора были гораздо меньше, чем их доходы.

Валюту Винтер собирался честно присвоить. К чему зря кормить ненасытный молох государства, если есть возможность осчастливить самых достойных его граждан? Под самыми достойными он имел в виду себя.

Спустившись вниз, он остановился у софы и долго смотрел на лицо маленького мертвого человека. Волей судьбы они жили совсем рядом, в соседних домах. Винтер подружился с Пежо лет в двенадцать. Пежо было лет на шесть больше, но эта разница не чувствовалась. Его всегда окружала толпа пацанов, как называл их отец Винтера — адъютанты.

Маленький, заводной, вечно смеющийся по поводу и без повода странным беззвучным смехом, неистощимый на выдумки, он словно стремился своей дерзостью компенсировать маленький рост.

Что стоил хотя бы его проезд по самому центру города на краденом мопеде да еще со снятым глушителем за пять минут перед началом первомайской демонстрации! Но свое истинное призвание он ощутил после случайного просмотра в кинотеатре повторного фильма Бог знает с каких пор оставшегося и уже забытого тогда «Тарзана».

Именно в Тарзане он нашел свой идеал. От природы не боящийся высоты, он прибил над дверью своей комнаты узкий двадцатимиллиметровый уголок и часами висел на нем, тренируя фаланги пальцев. Через полгода на глазах восторженной толпы «адъютантов» Пежо вскарабкался на двадцатиметровую отвесную стену разрушенного во время войны форта."

"Оттолкнул Винтера от Пежо случай с кошкой. Животных Пежо откровенно не любил. Ни одна кошка или собака не могла пройти мимо него спокойно.

Пинок ногой это как минимум, порой он привязывал собакам горящую веревку, смоченную в бензине, но особо изощренные казни придумывал для кошек. В тот день он притащил на чердак дома, обычное место встречи, красивую черную кошку, пушистую, с белыми аккуратными кончиками передних лапок, словно обутую в носочки, и таким же аккуратным «галстуком» на груди. Все ожидали, что он ее скинет с крыши, как не раз уже бывало, но он придумал нечто иное.