Понедельники

То, что Таня была, мягко говоря, не в восторге, он уже догадался. А вот как он сам к этому относился, было непонятно… С одной стороны, эта новость была, конечно, неожиданной. С другой… Павел всегда хотел большую семью. Он сам — единственный ребёнок, и меньше всего он бы хотел такой участи для своих детей. Настька у них была одна только потому, что Кира не хотела больше рожать. И в какой-то момент Павел смирился. Теперь же…

— Тест на беременность, пожалуйста. Самый надёжный.

Мужчина-фармацевт улыбнулся и протянул три разные коробочки, прокомментировав:

— Берите все. Эти женщины такие странные! Одному результату никогда не доверяют. Все равно погонит вас ещё за одним.

Павел кивнул, признавая рациональность замечания, и расплатился. Таня ждала его буквально у двери. Мужчина протянул ей маленькую коробочку, и она тут же закрылась в ванной.

Паша разулся, присел на банкетку в коридоре, ожидая результата.

Минут через пять услышал приглушённые рыдания. Постучал. Таня открыла дверь.

— Ну, что?

— Две полоскииии, — всхлипывала женщина. — М-может, он бракованный, а? — Таня с надеждой уставилась на мужчину красными, заплаканными глазами.

Павел про себя поблагодарил предусмотрительного работника аптеки и извлёк ещё две коробочки с тестами. Женщина выхватила их из рук и снова скрылась в ванной.

Да уж… Чего бы он никогда не мог предположить, так это того, что станет отцом в таком возрасте.

А в том, что станет, он уже не сомневался. Плач Ярославны усилился. Павел опять постучал:

— Тань, ну, выходи… Сколько ты будешь там сидеть?

— Я беременна… — прошептала, всхлипывая.

— Ну, а плакать-то чего? — поинтересовался мужчина, аккуратно привлекая Таню к себе.

— Чего? — переспросила та, вырываясь. — Чего?! Ты в своём уме?! Это же ребёнок! Зародыш ещё, но… Я не из тех, кто ходит на аборт, как в парикмахерскую! У меня сердце разрывается от одной только мысли об этом! А мне предстоит…

— Стоп, — оборвал её монолог мужчина.

И при этом он выглядел как-то так, что Таня моментально заткнулась. И даже всхлипывать перестала. — О каком аборте ты сейчас говоришь?

— О неминуемом, — прошептала женщина, отворачиваясь.

— Ты собралась делать аборт? — Казалось, все вокруг заиндевело от его ледяного голоса.