Вернуть невесту. Ловушка для попаданки

Я помню, учитель. Помню…

Задержалась ненадолго, восстанавливая дыхание, беззвучно ступила внутрь и тут же замерла, ошеломленная увиденным. Невероятных размеров зал — почти с футбольное поле — потрясал воображение. Пол, стены, высокий потолок казались хрустальными и приглушенно сияли, переливаясь мягким, рассеянным светом. Создавалось впечатление, что я нахожусь внутри огромного кристального шара.

Хобб говорил, что дракона каждый раз находят в разных концах подземного лабиринта. Интересно, он материализуется вместе с помещением? Вот это и есть гнездо?

Ладно… Время идет и бездарно тратить его на ознакомительную экскурсию не стоит — как бы занимательно ни было то, что располагается вокруг.

Глубоко вдохнула, как перед прыжком в воду, собрала в кулак всю свою смелость и двинулась к центру пещеры — сначала осторожно, неуверенно, потом все быстрее и быстрее. Стараясь не обращать внимания на собственные бесчисленные отражения, что повторялись в алмазных гранях стен, потолка, пола, как в зеркалах, дробились, множились, сливались в ослепительный хоровод. Я смотрела только вперед — туда, где в колыбели из тонких силовых нитей покоился матово поблескивающий продолговатый предмет.

Не успела я приблизится, как «предмет» вдруг шевельнулся, разогнулся, привстал на задние лапы, и я увидела дракончика. Совсем крошечного, симпатичного, такого же бесцветно-хрустального, как все вокруг, если не считать глаз — огромные, нереально-зеленые, они сверкали на забавной, немного заспанной мордочке двумя драгоценными изумрудами. А я… Я как-то совершенно некстати вспомнила о Фарне.

Несколько секунд мы со зверенышем молча пялились друг на друга. Не знаю, о чем он думал — да и думал ли вообще, — а мне в голову, как назло, лезли абсолютно неуместные, ненужные сейчас, мысли.

О Кайдене. О том, как он отреагирует, поняв, что его опередили. Заподозрит ли меня? Захочет найти, наказать, отнять?

Хобб уверял, конечно, что не все так страшно, как написано в книге, и победитель вправе распоряжаться чешуйкой по своему усмотрению, даже подарить кому-то из близких. Но это близкие. А я Фарну никто.

Как бы то ни было, отступать, в любом случае, поздно.

— Файм кест йорре… — выпалила я заранее заученную фразу на древнем языке и вежливо склонилась, приветствуя зверя.

Дракончик в ответ даже не шелохнулся — так и продолжал молчать, хлопая громадными глазищами.

И вот как сообщить этому крохотному существу, по сути новорожденному, о своей проблеме? Поймет ли? Может, он вообще ничего пока не соображает?

Короткий смешок разорвал напряженную, звенящую тишину зала.