Попаданка с огоньком 3. Искушение для тёмного

Нашёл время изумляться! Я сейчас вообще едва конечностями пошевелить могла от напряжения и испуга.

— Жив? — прогремело над нами.

Так строго, что захотелось поскорее отползти в сторону от Арро. Водник встал первым и подал мне руку. Они с Двэйном уставились друг на друга без слов, но их взгляды разве что молнии не метали. Когда же это закончится? Когда Арро поймёт наконец, что это соперничество бессмысленно?

— Жив. Что мне сделается… — фыркнул он.

— Расшибся бы в лепёшку — и весь конец, — пожал плечами Двэйн, будто ему и вовсе было всё равно, что сталось бы с его учеником.

Уна всё ещё пыталась совладать с разбушевавшимся каменным вихрем. Но не смогла — упала на землю и прикрыла голову руками. Шерк отступил вниз по лестнице, силясь не попасть под тяжёлый град скальных обломков. Но даже опасность не заставила его применить силы.

Тем более после того, как он увидел, что сталось с магией соратницы.

Двэйн развернулся к источнику непорядка, раскинул руки в стороны — и между ними мгновенно протянулась тёмная сеть заклинаний. Вихрясь и уплотняясь, она сформировалась в плотную завесу — и претемнейший выбросил её вперёд.

Магия рассеялась, вплелась в бушующие потоки чужой силы, словно рой мошкары. Или скорее саранчи, которая пожирает всё на своём пути. В этом случае — чужую энергию и Хаос, который превратил её черт-те во что. Постепенно тьма поглотила взбесившиеся вихри. Камни осыпались на склон и покатились вниз.

— Я же сказал! Не пользоваться магией! — он с укором взглянул на Уну. — Она могла бы нас убить!

— Но он упал бы! — обидчиво возразила девушка.

— Нет! — рявкнул претемнейший. — Я не позволил бы.

Его голос прозвучал так твёрдо, что я сразу уверилась — как бы ни раздражал его Арро, он не допустил бы его гибели.

— Вы так уверены в этом… — хмыкнула водник, мягко отряхивая мою ладонь, которую я ободрала о камни. — Между прочим, Эйлин справилась быстрее.

— Эйлин не контролирует это, — Двэйн махнул рукой мне за спину, будто там ещё были крылья. — Впрочем, надеюсь, ты поблагодаришь её.

— Конечно, поблагодарю, — фыркнул водник. — И сейчас, и потом. Когда вернёмся.

Он быстро стиснул меня в объятиях — я даже не успела ничего сообразить. Ладно хоть с поцелуями не полез — иначе получил бы по чудом уцелевшей голове.

Но я физически ощущала, как Двэйн злит даже такая незамысловатая благодарность. Он закипал, как котёл с чёрной-причёрной смолой, но молчал. Это было невыносимо. Я не хотела, чтобы его это задевало, но в то же время мне необходимо было чувствовать его отклик. Знать, что я ему не безразлична — после всего, что рассказала.

Оправившись от потрясения, мы пошли вверх, по неустойчивой лестнице, которая вздрагивала, как в лихорадке. Врата возвысились над нами подавляющей громадой.