Порочные сверхурочные (СИ)

Ну хоть слюнями ткань не закапала…

— Кто-то должен заплатить за мой стояк вхолостую, — прислонив меня к дверями душевой кабины, Дима скатывает платье с моего тела, опускаясь передо мной на корточки, и влажно целует ниже пупка, вызывая забег мурашек.

Я, кстати, заинтересована в том, чтобы расплатиться.

Но, похоже, ДК не только изверг, тиран и трудоголик, но и очень злопамятный человек.

Напрасно я немного оживляюсь, увидев, что скинувший брюки и белье Соколов не потерял ко мне интерес.

Определив нас под упругие теплые струи, он берется за мое купание. Дима моет меня с таким пристрастием, наминая попку и тиская грудь, что я готова сама подставиться под крепнущий с каждой секундой член. Особенно сводят с ума руки, ласкающие соски. Я еще в лифте хотела, чтобы он сжал полушария, сдавил соски…

И сейчас он все это творит, только внутри меня не двигается мощный поршень.

Чертов босс. Свинский Дима. Га-а-ад!

Пальцы Соколова смело будоражат мои складочки, распаляя все больше. Не стесняясь, Дима трет клитор, заставляя стонать, но не давая разрядки."

"К моему ужасу, водные процедуры заканчиваются без проникновения.

Когда меня заворачивают в большое махровое полотенце, я могу только укоризненно смотреть на босса. Я бы многое хотела сейчас высказать, но горло сковывает. Да меня вообще слегка лихорадит.

Куль со мной транспортируется обратно на кухню. Соколов располагает меня на кухонном острове и с хищным взглядом начинает разворачивать меня, как подарок.

— А сейчас, Машунь, мы сделаем, как у тебя в рассказе. Босс романтично трахнет тебя на столе…

???

— Там был офисный стол, — выталкиваю я с трудом из онемевшего горла, не стерпев перевирания сюжета.

— Маш, я потом куплю домой офисный стол. Даже парту школьную куплю, если хочешь. Пока придется на этом. Но стол в кабинете всегда в твоем распоряжении…

Я проглатываю фразу, что кто-то извращенец, потому что сама не лучше. Идея нарядиться в школьную форму, так-то и меня вдохновляет…

Только если я думаю, что вот сейчас, Дима раздвинет мне ноги и надавит членом на мокрую киску, то угадываю лишь частично.

Вместо толстого органа я получаю юркий язык.

Крепко держа меня за бедра, Соколов вылизывает мою щелку, трахает ее языком, поддевая кончиком капюшон клитора… И мерзавец такой не дает мне кончить.

Бедра дрожат, толкаются навстречу губам этого палача, но стоит мне подобраться к вершине, как мерзавец отвлекается и начинает целовать живот или внутреннюю сторону бедра. Я жалобно хриплю, когда к пыткам добавляются пальцы.

— Пожалуйста… — я сейчас зареву, если он меня не трахнет.

— Маша, надо было вчера не упрямиться, — строго отвечает мне Дима.