Неприкаянная

О! Вот то, что мне нужно! Крепкий фургон, запряженный двумя сильными лошадьми, дуги которого обтянуты плотной тканью, а сбоку закреплены ведра и большой котел. Беру!"

"Анаш шла размеренно, неторопливо, никуда не сворачивая. Торговые ряды на ее пути волею ее претерпели изрядные перемены. Все, что мешало, было буквально сметено в сторону. Прямая как стрела дорога, начинающаяся у кромки воды, упиралась другим концом в широко распахнутые ворота амфитеатра. Тишина сопровождала каждый ее шаг, словно мягкое покрывало. Недовольных ее появлением не было. Умные замолкали сами, дураки умирали от рук умных.

Она пришла, но не принимает дары. Паника начала охватывать людей. Это могло значить только одно: Великая будет наказывать провинившихся, забирать души. Лишившиеся души уже никогда не вернутся на караванный путь, ведущий к перерождению.

С прилавков, из сундуков спешно доставали, со всех людей, попавших под руку, снимали драгоценности, вышитые кошели, наполненные золотом, амулеты, золотые фигурки зверей. С древних времен мурды больше всего боялись именно ее возвращения, ее наказания и знали лишь один способ остановить Великую, предотвратить мор народа — дары.

Каждый из них слушал в детстве рассказы шаманов о том, как сурова богиня, как могут опустеть степи, как вымирает цветущий край всего лишь за несколько дней.

Дары! Она должна принять дары! Богиня — женщина, а значит, ее можно отвлечь, главное, найти то, что она захочет получить.

Внезапная остановка Великой и медленный поворот ее головы вселили в сердца людей надежду. Протянутая рука и повелительное приказание — «фургон!». Радостный вздох и беспрекословное повиновение. Возмущенный крик торговца, хозяина приглянувшегося мне имущества, захлебнулся на самой высокой ноте.

Перерезанное горло мешает жить любому, а богиня наверняка с удовольствием примет в дар душу нечестивца. Дальнейший путь Великой вызывал восхищенные вздохи толпы. Богиня принимала дары! А это значит — многие, очень многие останутся жить!

Все, что нужно, мне отдали, собрали, подарили. Вот только хорошими лошадьми я себя так и не одарила. Мне не нужны местные коротконогие лошадки. Придет время бросить фургон и уносить ноги верхом, и что тогда? Ну, ладно… Там, чуть в стороне, живность вроде бы продают.

Нужно не забыть глянуть, а пока… Мой выход на арену. Мое выступление следующее. Амфитеатр ждет меня, и зрители ждут. Им наверняка уже сообщили о моем прибытии.

Они ждали меня прямо на арене, выстроившись, словно генералы на параде. Посередине, чуть впереди, израненный, покрытый белесыми шрамами, самый сильный, словно витрина с бижутерией обвешанный бусами и погремушками верховный шаман. Шесть более слабых шаманов прикрывали его со спины и с боков. А еще кукловод, куда ж без него.