Неприкаянная

Сильное тело, стальные мышцы под блестящей гладкой кожей, покрытой мелкими чешуйками, длинный хвост, завораживающие глаза и совершенная форма головы. Красотка. Больше всего на свете из всех животных любила и люблю кошек и змей. Они такие, такие…

Звякнул, падая на пол, ошейник, и я сначала не поняла, как он мог соскользнуть с моей шеи. Да, он всегда висел на мне совершенно свободно, но никогда не спадал, как бы не прыгала, где бы не лазила, в каких бы драках не участвовала. А тут… И пол я вижу не так и краски не те, хотя вижу и слышу по-прежнему хорошо, вот только… Японская ты моя мама!

Вот это хвост! А кольца? Блеск! Красота! Я… Я красотка! Такой огромной анаконды я вживую ни разу не видела, а вот люди наверняка ни разу не видели, как огромная змея рассматривает в зеркало сама себя.

Хорошо, что маг спит! Что же этот уверенный-самоуверенный намагичил-то? Это же надо, заклинания он древние нашел, да еще и усовершенствовал… Придурок!

А все же прелесть какая… А назад как? Вряд ли маг обрадуется появлению такого питомца. Как там в фэнтези писатели пишут: представить себе свой первоначальный облик до мельчайших подробностей… Есть! Да! Получилось! Та-а-ак, теперь обратно.

Ну, графиня! Ш-ш-шди меня! Я иду-у-у-у…

Ах, как сладко спит графинюшка! Планы составила, в жизнь воплотила, ну или почти воплотила и вот теперь спит. Носит же таких земля! Теперь я точно знаю, что такое стерва и ведьма в одном флаконе. Как же хочется ее придуш-ш-шить. Сжать покрепче в объятиях, и все дела, но нельзя. Смена власти королевству на пользу не пойдет. Чем же она держит короля? Кто знает о ее дочери? Где ее искать? И кто такой он, на помощь которого она надеется? Как много вопросов, на которых у меня нет ответов.

Та-а-ак! В клетку, говоришь, меня, для спаривания. Ну-ну… Нравятся мне местные господа-товарищи — если есть магия, зачем нужны механические замки? Богатым не нужны, а если еще хозяин один из сильнейших магов, то и подавно! Вот только не замечает меня магия, и потому именно для меня открыты в домах аристократов все двери.

Здравс-с-ствуй, дорогая графиня! Здравс-с-ствуй.

Посреди ночи особняк молодого графа Двардского засиял яркими огнями. Душераздирающий крик, оборвавшийся на самой высокой поте, разбудил всех его обитателей.

В течение нескольких минут люди никак не могли понять, что их разбудило. И если кто-то действительно кричал, то кто это был? Нашли, конечно, как не найти. Не могло же показаться всем одновременно? Вот только понять так ничего и не смогли, потому что кричавшая графиня оказалась крепко не в себе. Твердила хриплым полушепотом об огромной змее, которая душила ее в своих кольцах, и падала в непритворный обморок, стоило только потушить свет.