Порочный отчим
— Руки убери! Ты спятил! — щедро треснула его по наглым ручищам. — Воу! Полегче, малая! Смотри на кого руку поднимаешь! — зло рычит этот крокодил бородатый, ухмыляясь. — Подкатываешь ко мне, а собираешься жениться на моей маме?! — А почему бы и нет? У меня челюсть отвисает от того, что я слышу. Вот урод! — Только тронь меня еще раз, и я... я... Он выплевывает сигарету, резко зажимает меня в углу, хватая за подбородок. — И что ты сделаешь, малая? — горячее дыхание застывает на губах. — Я... Я просто умру. От того как сильно его ненавижу и одновременно хочу!
— Да, это точно! А прикинь, что будет, если это фото разлетится по всему миру?
— Или еще лучше! Некто неизвестный распечатает эти фотки, обклеит ими все столбы в городе, и стены клиники.
— Боже, прекрати!
Мы заливаемся убойным смехом, до слёз из глаз.
А дальше начинается наш бурный полёт фантазии!
Глава 34
Дело сделано. Признаюсь, мы даже знатно утомились. Зато фотографий наделали столько, что память в телефоне почти закончилась.
Пришлось проявить фантазию. Мы делали фото так, словно Арсений находится в трезвом уме и активно принимает участие в оргии. Если что, глаза на фотошопе не проблема налепить.
Фото получились пошлые и горячие. Даже очень. С одной “незнакомкой в маске”, скачущей на бедрах мужчины, или с двумя…
По окончанию шоу, мы привязали урода к одному из “экспонатов”. Он полностью голый и беспомощный висит распятый на кресте, а мы ржем, делая финальные фото.
Пока мы пересматривает галерею, хихикая, позади слышим стон.
— О, кажется утырок просыпается.
Оборачиваемся.
Лебедев, полностью голый, пытается поднять голову и разлепить глаза.
— Какого х-хуя происходит?
— Сюрприз! Улыбнитесь, Арсений Леонидович, вас снимают.
Звучит щелчок фотокамеры, Лебедев окончательно приходит в себя, когда видит перед глазами двух горяченьких красоток, а сам он привязан к «кресту».
— Люба?
Рычит, оскалившись.
Узнал по голосу свою работницу.
— Что ха хрень здесь происходит?
Делаю шаг вперёд, потряхивая перед заспанными глазами телефон со снимками. На том снимке, который я ему показываю, Люба скачет на Лебедеве сверху, а я сижу немного выше с розовым вибратором и заталкиваю этот инструмент в рот Лебедю.
— Суки-и-и!
Кажется, сейчас кого-то бомбанёт.
Он понял, чем дело пахнет.
Правильно!
Его позором.
Не просто позором, а позорищем."
"— Ты должен навсегда расстаться со своими пристрастиями, понял! Ты должен извиниться перед Русланом Медведевым — раз, ты должен расстаться раз и навсегда со своими пристрастиями — два. Ты должен выплатить Любе большую компенсацию за моральный ущерб — три её годовых зарплаты! За каждый месяц.
Урод надменно плюется.
— Шантаж значит, курочки вы мои?
— А ты думал, ты у нас один такой крутой утырок? Твоя карма пришла за тобой. Мы — твой бумеранг, Лебедев.
— Думал, ты такой неприкосновенный царь, у которого мир под ногами вертится? Хрен тебе в одно место! Ты дно. Ущербные, гнилые отходы. Ты не мужик. Ты просто дно! Таких уродов, вроде тебя, как крыс, зараженных чумой, надо отстреливать.
— Если ты не выполнишь наши условия, все эти прекрасные фоточки разлетятся по интернету. А также… по почтовым адресам твоим клиентом. Станешь звездой Тик-Така!
— Шлюхи тупые! — сплевывает он, но Люба залепляет ему звонкую пощечину. Тем самым розовым фаллосом по и так разбитому лицу.














