Поселок

 — Но память Гюнтера подсказала — могло.

— Я полагаю, — продолжал Круминьш, — что после того, как первый из директоров побывает наверху, круг посвященных будет непрерывно расширяться. Нельзя допустить, что лишь маленькая кучка людей будет выползать погреться на солнышке. Кто-то должен обслуживать их, строить наземный дом, разводить наземный огород. Об этом узнают стражники, доверенные инженеры, и ваш мир постепенно начнет изменяться. Но пройдет много лет и прольется немало крови, прежде чем подземный город будет окончательно покинут.

Крони слушал его и за сухими словами Круминьша видел туннели, по которым ползут и погибают люди. Он видел умирающего Леменя и крыс, выходящих на улицы.

— Я все равно пойду, — сказал Крони. — Мне, правда, хотелось пожить здесь еще, но я пойду.

Крони попытался улыбнуться, но улыбки не получилось.

— Подожди, — сказал Круминьш. — Мы понимаем тебя, Крони. И пожалуйста, не воображай, что ты отправишься туда сам по себе. Тебе одному не справиться.

— Я пойду с тобой, — сказал Такаси.

Такаси позвал Крони и Наташу в воронку, охотиться на рыбу. «Туда, где ты проваливался», — сказал Такаси. Он выпросил у Станчо высокие сапоги и большой ковш. Крони согласился. «Странно, — подумал он, — Наташа не так уж и похожа на Геру, что прячется в увешанной старыми тряпками норе, которая казалась верхом роскоши бедному трубарю».

Такаси отдал Крони бадью, в которой собирался тащить обратно добычу. Сам взял все остальное. Наташа утонула в высоких сапогах, и идти ей было неудобно.

— Я лучше надену скафандр, — сказала она. — Без шлема.

— Вы наивны, принцесса, — ответил Такаси. — Кто будет отмывать скафандр от грязи? Спроси у Крони, он уже там купался.

— За мной погнался тигр, как только я вылез, — сказал Крони.

— Станчо подарил шкуру Кирочке, — сказал Такаси. — Тебе не жалко?

— Он спросил моего разрешения, — сказал Крони. — Мне не жалко. Мне удивительно, что я одолел тигра.

— Ты хотел бы отнести шкуру Гере? — спросила Наташа.

— Она бы не приняла ничего из рук трубаря, — сказал Крони. — Ты забыла, что она — дочь директора.

— Это мне ни о чем не говорит, — засмеялась Наташа. — Но открою тебе тайну. Мой отец очень важный директор. На Земле. А дедушка очень важный писатель. А родители вот этого японца никогда в жизни не покидали своего городка на Хоккайдо.

— Ну, вы — другое дело, — сказал Крони.

— Наташа, — сказал Такаси, — можно я остаток пути понесу тебя на руках? Я преклоняюсь перед твоей родословной.

— Неси свои лопаты. Большего ты не заслуживаешь, — сказала Наташа. — А мне вашу Геру жалко, — добавила она без всякой связи с предыдущим. — Когда она выйдет, я буду о ней заботиться.