Пощады, маэстрина!
Проснувшись в чужом мире, в чужом теле и с ответственностью за чужого ребенка, Маша испытала шок. Еще хуже, что ей пришлось принять другое имя и загрузить в разум чужую память и жизнь.Но выживать надо. И, получив приглашение учить студентов алхимии, теперь уже не Мария, а Мариэлла Монкар, берет себя в руки, младенца в корзинку и едет в университет работать преподом. Странным. Непонятным. Таким, от кого она сама немножко в ужасе, а студенты воют и просят пощады.Но, увы, маэстрина Мари трудоголик, привыкла все делать хорошо и всех научит. Будут студенты знать предмет отлично, даже если не хотят. И ректор, такой же трудоголик, признает, что маэстрина очень нужна в универе. К тому же она такая интересная и необычная, что не думать о ней не получается.
Итак, отныне маузель Мариэлла Монкар является владелицей патента на непромокаемые многоразовые, а в перспективе и одноразовые детские подгузники. Шезлонг-качалка для младенцев. Я же их видела, значит, и смогу объяснить мастеру, как сделать. А вот с коляской я пролетела, тут они уже существовали. Но я только обрадовалась, это же прекрасно! Куплю при первой же возможности.
Зато не было слинга и кенгуру-переноски. Ну и чудесно. Теперь будут. Как только я смогу с портнихой все это воспроизвести. А еще кофточки-боди, с застежкой между ножек, и комбинезончики, как тот, что я заказала уже.
Ну и отлично, пока хватит. Странно, что тут до сих пор не додумались до таких простых бытовых вещей. Почему они до сих пор используют пеленки — неясно.
Заплатила пошлину, забрала пачку документов, корзину с младенцем и перебралась в ближайшее кафе. Там в туалете перепеленала Софи, за столом в зале покормила ее взятой из пансиона бутылочкой с молоком. Ах ты ж, надо было еще детскую сухую смесь запатентовать. Но тут надо еще подумать, как это делается. Память Мариэллы подсказывает, что это возможно с помощью магии, но надо искать конкретный способ.
Забежала за детской одеждой. Забрала готовое, заказала недостающее. Удачно, что малышка была со мной. Швея с ней посюсюкала, помогла мне переодеть ее в новые вещички. Подарила чепчик на завязках. Смешной, но пригодится. Я о нем не подумала. Зато подумала о переноске.
И еще некоторое время мы с портнихой крутили и вертели отрез ткани, пытаясь на мое тщедушное тело примотать ужатую в рулон подушку, которая изображала младенца. В теории-то я представляла, как это должно быть. Видела же мамочек с подобными штуками, несущих своих малявок.
На практике пришлось помучиться. Ведь я должна уметь это крепить на себя сама. Поэтому у меня подход был чисто деловой и утилитарный.
И напоследок визит в книжную лавку. Мне требовалась информация о трудовом законодательстве. Я ведь вроде как завтра еду на новое место работы, при этом я одинокая мать без няни.
Очередная монетка, потраченная из небогатого состояния Мариэллы. Вопрос книготорговцу, как мне добраться до нужного города. И, о счастье, я была права насчет паровозов. Но можно и порталом. Но дороже. Но быстрее. Но неприятно, маузель. У вас ребенок, дети плохо переносят телепортацию...
Вопрос скорости сыграл свою роль. Я бы и на поезде, прокатилась, люблю железнодорожный транспорт. Но время поджимает.
Ладно, будем считать, что мы полетим на самолете. Взлет и посадка, вызывающие желание сдохнуть прямо сейчас и немедленно, зона турбулентности, когда паникуешь и думаешь « ну почему я не сдохла при взлете?!». Но зато быстро. Несколько часов мучений и таблетка от укачивания — и ты уже на месте. Потерпим. Раскошелимся.

















