После — долго и счастливо

«Черт, как же хочется проломить ему башку и посмотреть, как вытекают его гребаные мозги. Как же безумно этого хочется».

Он сидит на подлокотнике дивана и улыбается.

– Ты очень облегчил мне задачу. Она сказала, как сильно меня хочет. Сказала это меньше получаса назад. – Он переводит взгляд на запястье, будто проверяет время на часах. Долбаный придурок, играющий на публику, и всегда таким был.

– Тесса! – кричу я, чтобы проверить, сколько еще секунд придется терпеть присутствие этого ублюдка.

Дом объят тишиной, затем до нас доносятся приглушенные голоса Тессы и ее матери.

Я тотчас же закрываю глаза в надежде, что Кэрол не уговорила Тессу остаться в этой дыре еще на одну ночь.

– Тебя это бесит? – усмехается Зед, продолжая меня подначивать. – Как думаешь, что я чувствовал, когда ты трахал Сэм? Это было в тысячу раз хуже, чем твоя жалкая ревность.

Если бы он только мог себе представить, какие чувства я испытываю по отношению к Тессе. Я смотрю на него со скучающим видом.

– Я сказал, заткнись и вали отсюда. Никому нет дела до тебя и Сэм. Она была доступной, даже, наверное, слишком доступной, чтобы мне понравиться.

Вот и все.

Зед делает шаг в мою сторону, и я выпрямляюсь, чтобы напомнить ему: рост – одно из моих преимуществ перед ним. Моя очередь поиграть у него на нервах.

– Что? Не нравится слышать такое о твоей бесценной Саманте?

Глаза Зеда предупреждающе темнеют, но я не замолкаю. Этот засранец имел смелость поцеловать Тессу и использовал ее чувства как оружие против меня? Он и понятия не имеет, какой арсенал у меня в запасе.

– Заткнись, – огрызается он, провоцируя меня еще сильнее. Может, я и не дам воли рукам, но в этот раз слова в любом случае ударят больнее.

– А что такого? – Я поглядываю в коридор, чтобы убедиться, что Тесса все еще занята разговором с матерью, пока я тут мучаю Зеда словами. – Не хочется слушать о той ночи, когда я ее трахнул? Правда, я едва помню ту ночь, но, судя по всему, для нее это было что-то совершенно незабываемое. Она сразу бросилась записывать об этом в своем дневничке. Нельзя сказать, что она мне запомнилась, но в пылкости ей не откажешь.

Мне было известно, как сильно она ему нравилась, и казалось, что из-за их отношений соблазнить ее будет не так просто.

Ирония в том, что в итоге из игрушки она превратилась в настоящую головную боль.

– Могу заверить лишь в одном: я затрахал ее чуть не до смерти. Наверное, поэтому она выдумала ту дерьмовую затею с беременностью, помнишь?

На мгновение – совсем короткое – я, сделав паузу, задумываюсь, как он себя почувствовал, когда узнал обо всем. Пытаюсь вспомнить, что двигало мной, когда я решил за ней приударить. Я знал, что они встречаются.