После — долго и счастливо

Мои действия его удивляют, и он следит, скосив глаза, как я ласкаю его кожу.

– Что мы делаем? – Он придвигается ближе.

– Не знаю. – Это все, что я знаю. Понятия не имею, что мы делаем, что я делаю, когда речь заходит о Хардине. И так было всегда."

"Мне грустно и больно. Кажется, что меня предало собственное тело, да и вообще сама судьба, но я знаю, что Хардину под силу все исправить. Пусть даже на время, но он может прогнать все печали, очистить мой разум – так же как я когда-то наводила порядок в его душе.

Теперь я понимаю. Понимаю, что он имел в виду, когда говорил, что всегда нуждался во мне.

Понимаю, почему он меня так использовал.

– Я не хочу тебя использовать.

– Что? – недоумевает он.

– Мне хочется, чтобы ты помог мне забыть обо всем на свете, но я не хочу тебя использовать. Сейчас мне хочется быть с тобой, но насчет всего остального я не передумала, – тараторю я, надеясь, что он поймет то, что я никак не могу облечь в слова.

Он приподнимается на локте и не сводит с меня глаз.

– Мне неважно, зачем или почему, но если я тебе нужен, тебе не обязательно ничего объяснять.

Я и так весь твой.

Его губы так близко, что мне стоит только слегка наклонить голову, чтобы до них дотронуться.

– Прости. – Я отворачиваюсь.

Не могу его вот так просто использовать, но, самое главное, не могу притворяться, что этим все и закончится. Он не просто отвлечет меня от проблем с помощью плотских утех – это будет нечто большее, гораздо большее. Я все еще его люблю, хотя иногда и против своей воли. Мне хотелось бы быть сильнее, чтобы все это стало лишь проявлением обычной страсти: без чувств, без ожиданий, просто секс.

Но ни сердцем, ни разумом я на это не способна. Мой образ идеального будущего разлетелся в клочья, но, несмотря на боль, я не могу использовать его таким образом, особенно сейчас, когда он так старается. Это разобьет ему сердце.

Пока я сражаюсь сама с собой, он перекатывается на меня и, оказавшись сверху, сжимает одной рукой оба моих запястья.

– Что ты…

Он вздергивает мои руки за голову.

– Я знаю, о чем ты думаешь.

Он прижимается губами к моей шее, и мое тело одерживает верх над разумом.

Я поворачиваюсь так, чтобы ему было легче добраться до чувствительного местечка на шее.

– Это нечестно по отношению к тебе, – ахаю я, когда он начинает пощипывать кожу прямо под ухом.

Он отпускает мои запястья, – только чтобы стянуть с меня футболку и швырнуть ее на пол.

– Ты позволяешь мне прикасаться к тебе после всего, что я натворил, – вот это нечестно, но я этого хочу. Я хочу тебя, всегда хочу и знаю, что ты борешься со своим желанием, но хочешь, чтобы я тебя отвлек. Не противься.