После — долго и счастливо

 – Он неловко улыбнулся, и я каким-то образом почувствовал, что могу ему доверять.

– Заметно, – закатил я глаза, запихивая вынутые листки обратно.

Он рассмеялся:

– Расскажешь мне, что это такое, если я угощу тебя корневым пивом?[13]

– Нет, ну ты только посмотри! Парочка реабилитирующихся алкоголиков торгуется, чтобы прочитать чье-то жизнеописание.

Я покачал головой, удивляясь, как докатился до такого в столь молодом возрасте. Но я был очень благодарен Тессе: если бы не она, я бы до сих пор прятался во тьме, брошенный там на погибель.

– Ну, после корневого пива тебе не придет в голову жечь дома, а мне – говорить гадости Кейси.

– Хорошо. Корневое пиво – так корневое пиво. – Я знал, что он ходит к доктору Трану не только на парную терапию, но решил не вести себя как придурок и не совать нос в его дела."

"Мы дошли до ресторанчика за углом. Я заказал кучу еды за его счет и дал ему прочитать пару страниц моей исповеди.

Двадцать минут спустя пришлось положить этому конец. Он прочитал бы все до конца, дай я ему такую возможность.

– Это потрясно. Правда, чувак. Местами… запутанно, но я понимаю. Это говорил не ты, а демоны.

– Демоны, хм? – Я одним глотком допил пиво.

– Да, демоны. Когда ты пьян, они завладевают тобой, – улыбнулся он. – Часть того, что я сейчас прочитал, написано не тобой. Должно быть, дело в демонах.

Я покачал головой. Конечно, он был прав, я не мог избавиться от мысли о дурацком красном дракончике, сидящем на моем плече и пишущем тот бред, который был на некоторых страницах.

– Ты дашь ей это прочитать, когда закончишь?

Я макнул сырную палочку в соус и, сдержавшись, не выругался на него за то, что он сбил меня с забавных мыслей о маленьких демонах.

– Нет, я ни за что не дам ей прочитать это дерьмо.

Я постучал пальцем по кожаной обложке папки, вспомнив, как Тессе хотелось, чтобы я ею пользовался, когда она мне ее подарила. Естественно, тогда я был против, но сейчас очень люблю эту дурацкую вещь.

– Ты должен. Я хочу сказать, просто выкинь кое-что из твоих чокнутых мыслей, особенно насчет ее бесплодия. Это просто неправильно.

– Знаю. – Я не смотрел на него. Уставившись в стол, я испытывал отвращение к самому себе, теряясь в догадках, что за чертовщина творилась в моей голове, когда я писал это дерьмо.

– Ты должен подумать, как поступить с этим дальше. Я не какой-нибудь литературный эксперт или Хемингуей, но то, что я прочитал, просто здорово, по-настоящему здорово.

Я сглотнул, пытаясь не обращать внимания на неправильно произнесенную фамилию писателя.

– Опубликовать это? – усмехнулся я. – Ни за что.

На этом мы закончили разговор.

Я ходил на одно собеседование за другим, и мне было так скучно, так чертовски скучно.