После развода: в постели с врагом

Мне оставалось только натянуть ответную безразличную улыбку.

- В признание за то, что ты подарила мне самый дорогой подарок, который у меня есть в этой жизни, я хочу отблагодарить тебя, - он повернулся к Любе, которая протянула ему деревянную коробку. Меня мутило, когда та оказалась у меня фактически под носом. Только бы не вырвало. Замок щелкнул, крышка открылась, а на черной подушечке лежал ключ от машины и кричащим логотипом БМВ. - Красивая машина для красивой женщины.

Торжественные слова сорвали шквал одобрительных аплодисментов и улюлюканий. Так мог бы звучать похоронный марш для нашего брака.

Именно так он и звучал.

- А ты, милая, ничего не хочешь сказать? - шепнул Тигран мне на ухо. Свободной рукой он вцепился в мое запястье и сдавил так сильно, что из глаз едва не полились слезы.

Я хотела сказать, кричать, вопить, что с меня довольно, но натянув милую и нежную улыбку произнесла:

- Спасибо, любимый. Это лучший подарок.

Глава 3

От громкой музыки болела голова, шампанское затуманило рассудок, а предательство растерзало душу. Я не могла оставаться в том зале больше не минуты. В зале, в доме, в семье, в браке…

После того, как Давид задул свечи на именинном торте от лучшего кондитера в городе, на лучшем торте, который только можно было купить за деньги, няня отвела его в комнату спать.

Я знала, что они не лягут пока не отгремит салют. Окна его спальни как раз выходили в сторону сада, где пиротехники уже установили все необходимое оборудование.

Дорого-богато. С претензией на утонченность, но очень нарочито показательно. Как и все, что делал Тигран. С избытком. Любил, врал, мстил, ненавидел…

То что я сегодня видела, то что испытала в этот момент стало чертой, за которую я уже никогда не смогу переступить.

Там только выжженная земля до самого горизонта, и нет сил больше вспоминать о том, как было “по-другому”, когда мы были счастливы.

Правда заключалась в том, что он больше никогда не станет тем мужчиной, которого я полюбила, а я больше не смогу терпеть публичные унижения. Все будет нарастать как снежный ком и превратиться в лавину. Рано или поздно люди начнут смеяться мне в лицо, а у меня не будет другого выбора кроме как терпеть.

Босые ноги бесшумно переступали по ступенькам вверх.

Я до копейки знала сколько успела отложить к этому дню, и знала, что этого мало.

Для новой жизни и даже просто для того, чтобы сбежать и спрятаться этого было катастрофически мало. Колье, которое красовалось на шее Любы покрыло бы все расходы. Даже машина, которую подарил мне Тигран сегодня могла бы обеспечить нам с Давидом безбедную жизнь как минимум на год."

"Но была одна проблема - все это мне не принадлежало. Цацки, подарки, одежда, машины, сын. Наш с Тиграном ребенок. Исмаилов не оставил бы меня в покое, пока со мной Давид.