После развода: в постели с врагом

Он знает что за непослушание лишится тренировок в стрельбе, поэтому отрицательно качаю головой.

Они оба быстро пропадают из поля зрения, полностью переключившись на свои задачи, а я хватаюсь за телефон.

«Позвони, есть новости», - написано коротко. Титов, в отличие от жены был больше прагматиком.

Набираю номер. Гудок, второй, третий.

- Лилия, - он называет меня полным именем, как не делает никто из новых знакомых, - добрый день.

- А он добрый?

- Сейчас узнаем. У меня есть новости о Тигране, - от его слов внутри все холодеет и застывает в ужасе, - он умер.

Что?

Точнее вот так: ЧТО?

- Максим, повтори.

- Плохо слышно? Что-то со связью? - он говорит чуть громче, но никаких помех нет. Я просто должна услышать это снова. - Тигран умер. В тюрьме, где твой муж, то есть бывший муж, отбывал срок случился пожар. Проводка закоротила и несколько камер сгорели. Погибло трое заключенных, среди которых и Исмаилов.

Я выключаю газ, потому что маринад безнадежно испорчен, плетусь до стола и мешком опускаюсь на краешек дивана. Стараюсь глубоко дышать и мыслить рационально.

- В это трудно поверить.

- Я с вами согласен, поэтому направил официальный запрос на опознание тела.

Он… умер страшной смертью, большая часть кожных покровов обгорела, лицо так же было полностью затронуто пожаром. Его опознали по татуировкам на тех участках кожи, которые хотя бы немного можно было разглядеть и по слепкам зубов. Это криминалистическая экспертиза, Лилия. Такую не поделаешь, это очень сложно.

- На вашей практике не было?

Титов молчит. Было. Значит не так уж и сложно.

- Я был вчера на его похоронах. Там собрались все родственники, коллеги и даже кое-кто из бывших покровителей. Последние уж точно пришли убедится в том, что в гробу был именно тот человек, который им когда стал костью поперек горла.

- Это имеет какое-то значение?

- Я верю в то, что вчера похоронили именно Тиграна. Не вижу никаких поводов сомневаться в этой информации. Лилия, ты понимаешь что это значит?

Я кивнула. Я понимала, правда, но… сделала глубокий вдох, чтобы не слишком ошалеть от этой информации и возможностей.

- Я понимаю, - отвечаю уже Титову. - Спасибо, Максим. Это очень важная новость.

Кладу трубку и еще минут десять пребываю в состоянии прострации и шока.

Ощущения странные и непонятные. Как с этим справиться понятия не имею.

Захар и Давид так и застают меня, сидящую за столом, с наклоненной вбок головой и смотрящей в одну точку.

- Лиля, все хорошо?

Горин участлив и обеспокоен. А я не знаю, что ответить, поэтому просто поднимаюсь на ноги и обнимаю его. Крепко, отчаянно. Я все еще боюсь, что это может быть неправдой, но если правда… значит мы свободны?

Глава 30

Сегодня я испекла пирог. Ничего особенного и помпезного, многослойного или кремового - простой пирог с грушами.