После развода: в постели с врагом

Я смущенно опускаю лицо в пол, когда на меня так смотрят - пронзительно и жадно. Собственнически очерчивают взглядом линию губ, опускаются ниже к ложбинке на груди, так, что я ощущаю на коже жар.

Все что происходит у нас с Захаром похоже на совместный просмотр эротики с самым крутым мальчиком из класса. Горло сводит от восторга и ужаса, щеки постоянно наливаются красным от стыда, низ живота болезненно тянет от возбуждения и хочется плакать от понимания, что на этом все - после фильма только у актеров “долго и счастливо”. А зрители расходятся по домам.

- Слушай, давай просто к реке пойдем, устроим пикник.

- Пикник? Для тебя? Лиля, это все равно, что королеву вести на конюшню.

- Захар, очнись, я не королева, а здесь не конюшня, а очень милая лужайка. Ну же, давай. У меня никогда в жизни не было пикников.

И хоть это правда, я ощущаю себя лгуньей. Потому что основная причина в другом - я не хочу, чтобы кто-либо видел меня и Захара вместе. По городу и так ходят слухи о том, что мы живем в одном доме. Но мой статус учителя (для маленьких городов учителя, почтальоны и владельцы магазинов что-то вроде знаменитостей) не дает всем распустить язык.

А я просто не буду подкидывать почву для дальнейших сплетен."

"Мне страшно. Все так тонко, так прозрачно, как кружево, готовое порваться от любого неосторожного движения. Никогда раньше мне не было так хорошо и так страшно.

Хотя нет. Страшно было, но я поклялась больше не вспоминать об этом.

- Лиль, я зайду за тобой после работы, - напирает Захар. Он действует с неумолимостью танка, прущего на скошенный сарай.

- Господи, зачем? Давай уже заберешься на вышку на Бульваре и проорешь в рупор, что у нас отношения.

- Давай, - безбашенно кивает Горин, но в глазах его нет веселья.

Смотрит также как раньше - пронзительно и остро. Кажется, ему не нравится, как развивается этот разговор, и в этом мы солидарны. - Лиля, ты стесняешься меня?

- Нет!

Я не успеваю ничего сказать, как меня целуют в нос и, повернув к двери, подталкивают на выход:

- Вот и отлично, заберу тебя в четыре! Буду в смокинге и с цветами.

Обернувшись, затравленно смотрю назад. Не понимаю, он серьезно или просто прощупывает, что я думаю о нас с ним.

- Пожалуйста, давай без этого.

- Прийти без костюма? А ты горячая штучка.

И прежде чем мое лицо снова станет пунцовым, Захар подтягивает меня к себе и, прижавшись сильным телом, нежно шепчет:

- Мой нежный, мой сладкий, одуряющий цветок, просто доверься, я не обижу тебя и не сделаю ничего, что уронит твой авторитет перед этими школьными грымзами. Ты же их боишься?

Их. И себя. И с недавнего времени призраков. Я очень много чего боюсь, а больше всего меня пугает, что Горин узнает о всех этих страхах и просто уйдет. Растает как утренний туман.

Весь день как на иголках.