Неудержимый. Книга XXVI

— Дмитрий Иванович, — Кира улыбнулась. — Ответа пока не последовало, думаю, Соломон Аркадьевич сам доложит о решении своего отца.

— Отлично, — я кивнул и присел на кресло напротив генерала.

— Я распоряжусь принести кофе, — Павел, что всё это время развлекал генерала, подскочил с соседнего кресла и помчался в коридор.

— Приказ… — я повторил неприятное слово, глядя на генерала. — Владимир Александрович, не подскажите, с каких это пор я должен выполнять приказы, поступающие от вас? Что-то не припомню, что нанимался к вам на службу. — Кирочка, ты случаем не помнишь, разве я вступал в ряды городской стражи или же егерского корпуса?

Ответа от Киры не последовало, она замялась и забеспокоилась, что мне крайне не понравилось.

— Так и знал, что ты, как обычно, не стал заморачиваться и понял новое назначение по-своему, — в глазах генерала появилось отеческое осуждение, мол, выросла детина, которая только одним причиндалом размахивать умела, и на этом всё.

— Генерал, не ходите вокруг да около, — я нахмурился. — Говорите прямо и по существу, я крайне занятой человек.

Я уже понял, что упустил инициативу и сейчас мне прищемят хвост, вот только по-прежнему не понимал, откуда ждать подвоха. Какое ещё назначение?

— Как скажешь, Чёрный Егерь, — он улыбнулся ещё шире. — Раз уж ты не удосужился ознакомиться со своими новыми обязанностями, я поведаю тебе, но сначала я бы хотел взглянуть на документы…

Ситуация явно складывалась не в мою сторону. Генерал оказался в курсе моего назначения и даже больше. Он протянул руку с крайне подозрительной улыбкой, мне же ничего не оставалось, как протянуть ему серебряную пластину.

— Надо же, — генерал хмыкнул. — Кто бы мог подумать, что ты так быстро станешь таким сильным магом. — Дандевиль посмотрел мне в глаза. — Ты не подумай, — он стал серьёзным. — Я крайне благодарен тебе за спасение детей и, видит Бог… — он поднял указательный палец вверх. — Что я хотел поблагодарить тебя при других обстоятельствах, но увы…

Генерал достал из кармана какой-то совсем небольшой серебряный брусок и приложил к моим документам. Оба артефакта мигнули, после чего он также спокойно взял брусок и передал мне документы обратно.

— Ну и как это всё понимать? — я уставился на генерала через серебряную пластину, в которой появилось круглое отверстие.

— Это штрафной балл, — довольно пояснил Дандевиль. — Дмитрий, включи уже мозг. Ты кандидат в «Великие Охотники». Неужели никто не объяснил тебе, что это значит? — он вопросительно приподнял бровь и замолчал.

Мы уставились друг на друга, и после десяти секунд молчания он откровенно засмеялся.

— Я не верю своим глазам! — генерал от смеха чуть со своего кресла не сполз на пол.