Последняя тайна рейха

 — Ладно фашисты, для которых мистицизм и всякие оккультные дела — призрачная надежда победить в войне. Но для таких людей, как мы с тобой!.. Хорошо, считай, что я ничего не говорил, — поспешил он исправить свою ошибку. — Ты опять становишься зеленой и колючей как кактус.

Началось в колхозе утро! Она опять ругалась, посылала его к черту, смотрела с такой злостью, что закипали мозги. Он тоже заводился. Мол, оградите меня от этой религиозной чуши. Я всего лишь выполняю задания командования. Меня не волнуют подоплека и предпосылки. Не надо больше про религию, которая, как известно, опиум для народа.

— Да ты самый настоящий антихрист! — выплюнула Катя.

— Не антихрист, а атеист, — поправил он и злорадно оскалился. — Могу побожиться, что бога нет.

— Ах, как смешно, — передразнила его Катя. — Зачем ты злишь меня, Потанин? Чего хочешь добиться? Я не агитирую за бога, мне плевать, есть он или нет. Но когда-нибудь ты поймешь, что мир сложнее, чем тебе кажется. Он не всегда укладывается в рамки марксистско-ленинской философии. И чего так смотришь? Пришьешь мне антисоветчину и ревизионизм? Ты в курсе, что марксистско-ленинская философия — не застывшая догма? Она постоянно развивается, обогащается, впитывает в себя все самое полезное и передовое, что выработало человечество. Есть вещи, еще не объясненные наукой… — Она закашлялась, а он многозначительно промолчал и подумал:

«Ладно, выкрутилась».

Небо светлело. На вершине холма, куда выползли злые и обессиленные борцы с фашизмом, дул порывистый ветер. Растительности здесь было мало — несколько деревьев, куцый кустарник.

Потанин рухнул на землю, тяжело дышал. Катя пристроилась неподалеку, отвернулась. Она усердно делала вид, будто не имеет к нему никакого отношения. Майор жадно затягивался сигаретой, кашлял, потом приподнял голову, встал, начал озираться.

Этот холм действительно превалировал над окружающим пространством. Возвышенностей в округе было немного, их окружали плотные леса, набирающие зелень. За горкой острозубых вершин проглядывала башня замка Левенштайн. Она почти сливалась со скалами, хотя имела другую форму. Погоня выдохлась и отстала.

Майор облегченно вздохнул, опустился на колени, собрался прилечь.

В этот момент все и началось. Сначала это был глухой прерывистый звук, словно трактор завелся в далеком лесу. Потом он сделался громче, равномернее, превратился в рев. Аэродром отсюда не просматривался, и самолет возник буквально из леса! Это был «Юнкерс Ю-52». Ну да, тот самый, откуда здесь взяться другим? Он вылетел без опоздания.

Они смотрели на него будто зачарованные, не могли оторвать глаз. Крылатая машина набирала высоту, росла в размерах, уже проходила мимо них, слегка севернее.