Последняя тайна рейха

Меня зовут Леонард фон Гертенберг, это мой замок и мое поместье. Майор Клаус Нитке — мой помощник, отвечающий за вопросы безопасности в широком, так сказать, смысле. Штурмфюрер Шиллер, который вас доставил сюда, является начальником моей охраны. Эта очаровательная дама — Матильда Фогель, искусствовед, научный сотрудник. Она курировала музеи живописи, древней истории, антропологии по линии…

«По линии СС», — быстро додумал Олег.

Белокурая Матильда подняла голову и с любопытством воззрилась на барона.

— По линии государственных научных институтов, — несколько туманно закончил фон Гертенберг. — Большая умница, высокообразованный человек, помогает в наших изысканиях. В данный момент она не может вернуться домой в Дрезден по ряду объективных причин, поэтому проживает с нами. Как и ее верный помощник Фридрих Буркхардт, молодой научный работник.

«Юноша с ушами», — понял Потанин.

— Госпожа Фогель является украшением нашего замка, — продолжил барон. — Красавица, умница. Она насквозь видит врагов рейха!

Олег учтиво склонил голову и проговорил:

— Я счастлив познакомиться с вами, фрау Матильда.

— Пока что фройляйн, — пробурчала эта особа и опять уткнулась в свой атлас.

«Да чтоб ты навсегда такой и осталась, — подумал Потанин. — А еще лучше — мертвой».

— У вас хороший немецкий язык, господин Мазовецкий, — подметил фон Гертенберг. — Я почти не слышу акцента в вашей речи. Это с чем-то связано?

— Да, господин барон. Мой отец — этнический немец… наполовину. На другую половину — поляк. Мама — тоже полька. Мы жили в Витебске. Это Белоруссия. Там было много поляков и немцев. В тридцать девятом их стали арестовывать и депортировать. Многих расстреливали, особенно если у НКВД имелись соответствующие доносы, с которыми практически не разбирались. Отцу удалось извернуться, мы уехали в деревню, до которой еще не добрались эти зверства. В начале сорокового года мы решили бежать на польские земли, занятые вермахтом, но моих родителей, к сожалению, застрелили русские солдаты при переходе границы. В том же году я поступил в школу военной разведки в городе Славица, это Западная Галиция. Отец ненавидел коммунистов, привил мне любовь к Германии. Он был учителем в средней школе, преподавал, кстати, немецкий язык.

Он врал как по писаному, излагал биографию реального персонажа по фамилии Мазовецкий, с которым имел определенное внешнее сходство. Об этом человеке подробно рассказал на допросах майор Отто Штрауб, взятый в плен.

— А еще в Белоруссии проживало много евреев, — проворковала Матильда, не отрываясь от атласа, так, словно беседовала сама с собой.

— Что, простите? — Олег сглотнул. — Извините, госпожа Фогель, но это не важно. В Германии тоже проживало достаточно евреев.