Последняя тайна рейха

О чем этот тип опрашивал новоявленных подчиненных пана Мазовецкого? Олег не мог избавиться от мысли о том, что с этим эсэсовцем ему еще предстоит хлебнуть горя.

Беседа завершилась. На каком языке, интересно, она происходила? Шиллер заспешил в восточный корпус. Полицейские сделали лица попроще, сломали строй и стали закуривать. Работы для них в обозримом будущем не предвиделось. А для майора СМЕРШ они, с одной стороны, были прикрытием, с другой — обузой.

Горничная Хельга короткими перебежками возвращалась из восточного крыла в западное. Она несла плетеную корзину.

На открытой галерее обрисовался призрак баронессы, помаячил там и пропал. Возможно, причиной исчезновения стало появление ее супруга в противоположном крыле. Он стоял на крыльце, одетый в шерстяной костюм свободного покроя, и что-то внушал майору Нитке. Тот слушал его, иногда вставлял ремарки. Барон сегодня не был в благодушном настроении, имел раздраженное лицо и говорил отрывисто."

"Позади них знакомый унтер выгуливал собак. Он спустил их с поводка, и страшноватые твари носились друг за дружкой по лужайке.

Олег облегченно вздохнул.

Шаги отдавались гулким эхом от арочных перекрытий. Он добрался до лестницы, стал взбираться по ней, взялся за массивный столб балюстрады в конце пролета, чтобы перепрыгнуть на следующий, и едва не столкнулся с нескладным пожилым мужчиной с дряблой кожей и водянистыми глазами. Он был одет в потертый сюртук. С брюками, слава богу, на сей раз все было нормально.

— Прошу меня простить, — поспешил извиниться Олег, уступая дорогу. — Я не заметил вас, очень сожалею, господин Шульман.

— Я тоже вас не заметил, — проскрипел управляющий хозяйством и нерешительно двинулся дальше, держась за перила.

Потом он как-то замешкался, притормозил, отыскал Потанина глазами цвета болота и сказал:

— Прошу прощения, нас не представляли.

— Алекс Мазовецкий, — назвался Олег. — Я выполняю поручения барона фон Гертенберга.

— Неужели?.. Тогда желаю вам всяческих успехов, — пробормотал старик и отправился вниз.

Он шел нетвердо, словно выпивший. Недавний инфаркт подкосил здоровье дворецкого.

«Хоть этого типа можно не остерегаться», — подумал Потанин, устремился вверх, вдруг услышал голоса внизу, машинально остановился и вытянул голову за перила.

Дворецкий обмолвился парой фраз с бароном, входящим в здание. Тот не стал задерживаться, двинулся дальше. Быстро же он поговорил со своим управляющим!

Наличие в замке пана Мазовецкого эти двое наверняка не обсуждали, но все равно жар ударил Олегу в голову. Он вел себя как вор, хотя, насколько помнил, никто не запрещал ему входить в замок.