Последний Герой. Том 3

И вдруг, в самый пик этого экстаза, когда кровь прилила к его голове, сердце забилось сильнее, а организм буквально захлестнул всплеск адреналина и эндорфинов, Савченко будто бы отрезвел. Словно разорванная цепочка, чьи звенья болтались в воздухе, вдруг от резкого взмаха вновь сомкнулась. Это состояние, подобное холодному душу, заставило его внезапно вернуться к реальности и снова обрести способность мыслить осознанно и чётко.

Савченко замер. Его взгляд очистился от бешеной ярости и наполнился ясностью и осмысленностью. Теперь это был совсем другой человек — тот самый Дирижёр, который всегда был расчётлив, умён и сдержан, которого уважали и боялись подчинённые. Он удивлённо посмотрел на свои окровавленные ладони, на измазанный кровью табурет, на изуродованное тело молодого врача."

"В эту секунду перед глазами Савченко вспыхнули картины его жизни — иной, другой, где не было места такому неистовству. Он сразу осознал, что натворил, и тут же понял, что за подобные действия ему грозит нечто намного хуже простой зоны. Даже если лучшие адвокаты смогут доказать его временную невменяемость, единственный путь для него теперь — это принудительное лечение в психбольнице. Таблетки, уколы, долгие месяцы беспамятства и медленной деградации. И даже если он не станет там овощем, он точно потеряет себя — свою личность, свой стержень, своё «я».

Но в этот момент Савченко вдруг ощутил неожиданное чувство. Несмотря на то, что он ясно видел последствия своего поступка и всю опасность своего положения, внутри него разлилась тихая и глубокая радость. Радость от осознания, что внутри наконец-то освободилось то, что он всю жизнь скрывал в самых глубоких тайниках души. То звериное начало, которое он раньше давил и прятал, теперь вырвалось наружу, сделав его самим собой — свободным, сильным и безжалостным. И это открытие вызвало у него странное, но глубокое удовлетворение. Сейчас ему было абсолютно плевать на последствия — он просто был доволен собой, своей новой сущностью.

Медленно и методично Савченко вытер окровавленные руки о белый халат распластанного на полу врача, бросил короткий взгляд на изуродованное тело и спокойно шагнул к двери.

В тот же миг в палату, задыхаясь и бледнея от ужаса, влетел главврач Киреев. Савченко даже не взглянул на него — лишь резко и равнодушно отшвырнул его с прохода, словно тот был всего лишь надоедливой, назойливой мухой. Главврач, потеряв равновесие, ударился плечом о стену, осел по ней вниз, испуганно смотря вслед уходящему пациенту. Он не смог даже слова произнести — лишь испуганно замер на полу, у плинтуса, задыхаясь от ужаса и не веря своим глазам.