Последний из рода Демидовых (СИ)

— Да ты чего, Зефир? Мы же знакомы уже лет двадцать! А графа ты этого сколько знаешь?!

Мне захотелось утопить всю эту толпу недолюдей прямо здесь. Но есть риск, что байкеры уйдут под воду недостаточно быстро и начнут стрелять, а с такого расстояния сложно промахнуться. И если я был почти уверен, что смогу быстро уйти с линии огня с помощью «скольжения». То Герда и Нохай наверняка пострадают, а с высокой долей вероятности могут быть убиты. Да и Зефир проявил себя достойно, заступившись за слуг. Подставлять его и его клуб под пули было бы подло. Нужно найти другой выход из ситуации.

Я вышел вперёд, загораживая своих слуг. Шмель вперил в меня свой взгляд:

— Чего пялишься аристократик?! Мы пробили за тебя, ты — «ученик» стихии Огня, такой одарённый нам ничего не сделает! — байкер подленько засмеялся.

— Шмель, ты знаешь правила! — вмешался Штифт, — Во время фестиваля никаких разборок.

— Да этот узкоглазый покрошил двух моих людей! — возмутился ублюдок. — Разве это не считается?!

— На то были веские причины. Девушка не хотела с ними идти! — не согласился я.

— Убивать из-за тёлки не повод!

— Герда не тёлка! И это для тебя не повод, я вот я вполне могу покрошить половину твоих людей.

— Да что ты можешь, «ученик»? Да и кто тебе вообще рот открывать разрешил! — окрысился он на меня.

Штифт лихорадочно что-то обдумывал, организатор что-то понял и хотел было возразить, но я его опередил.

— А я думаю, дело в другом. — громко, но уверенно проговорил я, — Ты же вышел в финал, правда, Шмель? И я думаю, что ты зассал драться со мной на ринге!

По толпе собравшихся прокатился смешки.

— Я, с тобой?! Ты, щенок, слишком много о себе думаешь! — зашипел Шмель.

— Давай так: кто выиграет на ринге, тот и прав! Если выигрываешь ты, то я выплачиваю по пятьсот тысяч рублей за каждого убитого твоей банде. Если выигрываю я, то ты признаёшь вину своих парней и мы беспрепятственно уходим!

— По ляму! — насупился байкер.

Да хоть по три, проигрывать я не собирался.

— Хорошо. По миллиону рублей за каждого убитого, по итогу два ляма!

— А давай! Значит, забьёмся? А Штифт подтвердит? — радостно согласился Шмель.

Можно было не сомневаться: Шмель уже придумал, куда потратить «выигранные» деньги, речи о том, чтобы хоть что-то отдать родственникам двух неудавшихся насильников, не шло.

А вот организатор фестиваля был другого мнения. Штифт посмотрел мне в глаза с каким-то сожалением и грустью, затем опустил взгляд. Организатор слишком хорошо знал Шмеля, он знал, что тот не отступит и будет мстить после фестиваля. Всё это я понял без слов, слишком часто я сталкивался вот с таким мусором в своём мире.