Последний Паладин. Том 13

Если так подумать, даже в раннем детстве, количество моих страхов можно было по пальцам одной руки пересчитать. А те, что все-таки были, весьма эффективно выбил из меня старик Акс в первые же недели нашего обучения.

Так вот, высоты среди тех давно забытых страхов тоже не было. В высоте же, как таковой, нет ничего страшного.

Высота — это даже прикольно.

Летишь вниз. Приятный ветер ласкает лицо. Тело парит в невесомости, а ты ощущаешь себя свободным, умиротворенным, легким.

Только есть один нюанс.

У падения, которое под определенным углом можно расценивать как очень быстрый вертикальный полет, есть чуть менее приятная подруга, с которой падение идет рука об руку.

И речь сейчас о приземлении. Именно впечататься мордой в асфальт боятся люди, когда говорят о страхе высоты. Ведь на самом деле они боятся не самой высоты, а разбиться с нее насмерть неудачным приземлением.

И вот когда знаешь, что обладаешь силами и сотнями способов перехитрить гравитацию, и обеспечить себе мягкое и безопасное приземление в любой ситуации, и с любой высоты, падение действительно воспринимаешь как эдакий не очень контролируемый полет.

Приятный такой, свободный полет. Пока летишь, успеваешь подумать. Полюбоваться видами, оценить обстановку на поле боя сверху.

И эффектно появиться перед врагами потом, да. Таким я часто пользовался и в «прошлой» жизни, и не раз применял в «этой».

Разные были моменты.

Но вот что делать в ситуации, когда ты оказался полностью энергетически пуст, штопором летишь вниз с огромной высоты, и ни на один из сотен способов избежать жесткого приземления нет сил, я как-то раньше особо не задумывался.

А зря, потому что, когда ты УЖЕ находишься в состоянии свободного падения без сил, думать о мягком и не смертельном приземлении как будто бы немного поздновато.

Эти мысли пронеслись у меня в голове, пока я сам проносился вниз сквозь бывшие этажи, бывшего небоскреба, который под золотым энергетическим взрывом начал складываться как карточный домик."

"И я сложился вместе с ним. Сложился, а теперь летел вниз головой в самый центр этой пучины.

Летел среди камней, стекол и обломков здания.

Летел мимо падающих со мной за компанию трупов еретиков.

Летел мимо горящих этажей и полыхающих окон. Пролетел мимо Клювика, азартно рвущего чудом выживших еретиков на части.

Я же пролетел мимо попуга вниз. Прямо в водоворот проклятой энергии разрушающегося здания. И невозможность проконтролировать свое приземление меня сейчас вовсе не пугала. Ведь, как оказалось, падал я не куда-нибудь, а в раскрытые объятия родной матери Стихий, которая «смотрела» на меня через одну крайне недружелюбно настроенную гигантскую фиолетовую глазницу.

* * *— ТЫ УМЕР!!! — было первое, что я услышал, когда открыл глаза.