Последний Паладин. Том 13

Булькающий яростный голос раскатился по пространству, а спустя мгновение, висящая в воздухе тварь исчезла.

Исчезла, чтобы появиться в полуметре передо мной.

Хлесткий удар.

Хруст костей, и меня торпедирует в сторону. Я влетаю спиной в скалу, часть которой от удара раскалывается и летит в озеро.

Я же, утирая кровь, поднимаюсь на ноги и отряхиваюсь.

— Хреновый из тебя пророк, приятель, — улыбаюсь я, найдя взглядом десятиглазую рыбью башку.

— Ты… ты… умрешь! — вновь активировав полный паралич, повторило существо, и указало на меня уродливым синим пальцем. Его глаза начали светиться синхронно, а открывшийся рыбий рот начал булькать, — ты…

— Дай угадаю, умрешь? — усмехнулся я, но уже спустя секунду мне резко стало не до смеха.

Вся каменная материя скалы вокруг исчезла, словно ее тут и не было. И через мгновение, еще до того, как я начал падать, материя вернулась, только не в виде камня, а в виде чистой и крайне агрессивной энергии, которая незамедлительно сдетонировала."

"Техника пространственной дезинтеграции.

Разложение стихийной материи на мелкие составляющие. Настолько резкое и принудительное, что это неизбежно провоцирует агрессивный выброс.

Взрыв оказался такой силы, что всех каменных тварей в округе мгновенно развоплотило. Верхушку Храма срезало, а жалкие остатки скалы разлетелись на кусочки и полетели вниз. Туда, где еще секунду назад было озеро, а сейчас оно представляло собой высушенный кратер.

Приземление вышло неприятным.

Мягким я бы его точно не назвал. Да и приземлением с натяжкой. Тут больше бы подошло слово «падение». Жесткое такое падение в груду каменных обломков бывшего Храма.

Прокашлявшись, я поднялся на ноги. Пошатнулся. Из моего плеча торчал кусок арматуры и я, скривившись, выдернул его и поморщился.

Больно, зараза.

Но то, что случилось выше, было еще больнее.

Ведь взрыв развоплотил не только каменных тварей, но и моих фамильяров. Причем обоих разом.

Трехметровая же рыбина сейчас медленно спускалась по горке из каменных руин на дне осушенного озера и победоносно скалилась. Но стоило взгляду ее десяти уродливых глаз упасть на меня, как тварь остановилась.

На ее рыбьей роже скользнуло удивление, неверие и сила.

Бурлящая, дикая сила водной стихии. Чешуйки существа светились куда ярче и насыщеннее, чем раньше, впитав до последней капли всю воду озера и водопада, вместо которого вдоль великой стены простиралась гигантская трещина.

— Ты на моей земле! — сказала вдруг что-то новенькое рыбина, — твоя сила принадлежит мне!

— Вот как, — усмехнулся я, — а подавиться не боишься?

— Мне не ведом страх, смертный! — прогудело существо.

— А зря, — покачал я головой и осмотрелся.