Последний Паладин. Том 13

— Понимаю, неприятно осознавать, что твое божество тоже может быть сумасшедшей тварью, которая сожрет вас всех не раздумывая, и слетит с катушек, если ее сюда призвать. Остановиться и поискать другие варианты — это разумно. А знаешь, что будет еще разумнее? Сказать кто тебя сюда послал.

— Демид, — не моргнув глазом, произнес Старейшина Дома Химуро, — а еще…

Закончить говорить Хидэтака не успел, потому что его сердце вдруг остановилось, и он упал, хватаясь руками за грудь.

Помочь я ему не успел. Да и не смог бы. Если честно, я думал, что его хозяин отрубит связь переметнувшегося Старейшины сразу после жеста с браслетом.

Ведь плох тот пастырь, который перестает верить в своего бога.

В данном случае в запертую в надстихийном мирке сущность, которая только что отрезала связь переставшего следовать «пути силы любой ценой» последователя. И сущность эта труслива и любопытна.

Труслива, потому что испугалась моего присутствия. Любопытна, потому что не оборвала жизнь своего перебежчика сразу.

Эх, сколько же всякой прожорливой гадости присосалось к человечеству, пока меня не было.

Мои мысли прервал очередной шорох и движение на периферии.

Какой-то проходной двор, а не кратер высохшего озера.

Надо бы отсюда выбираться, — подумал я, и в этот момент движение оформилось в стоящую передо мной девушку.

Она тяжело дышала, черные волосы были слегка растрепаны, а в вертикальных зрачках было столько разочарования и обиды, что мне ее стало даже немножко жалко.

— Ну блин, я что правда опоздала⁈ — в сердцах выпалила Лиса, и на всякий случай осмотрелась еще раз, но ничего не изменилось.

Живых врагов вокруг больше не было.

Глава 17

Сучок сидел на бортике Великой Стены и весело болтал ножками.

Он хрустел иномирными орешками, барабанил в воздухе руками-палочками и насвистывал себе под нос мелодию, от сочинения которой его так вероломно отвлекли.

А ведь он с таким трудом создал эту группу! Даже инструменты всем подготовил, вложив в каждый из них частичку своей души!

Возмущение бурлило в маленькой груди сучка, и его удары палочками по воздуху становились более энергичными, а в голове он представлял, как каждый такой удар прилетает по башке гривастого и черненькой, которых он теперь даже на подтанцовку не возьмет!

Ручки сучка была заняты палочками.

Мысли музыкой. Рот хрустом орехов и периодическим свистом, а вот глаза были направлены вниз. Туда, где у ставшего кратером озера, продолжалось шумное сражение.

Сучок наблюдал за этим сражением без особого интереса, даже не отвлекаясь от своих дел, но так было пока он не заметил силуэт человека у края стены.

Обычные люди сучка интересовали мало, но этот конкретный человек не походил на остальных. В нем было нечто странное и даже немного знакомое.