Последний Паладин. Том 13

— А, ты про царапину, которая она оставила тебе холодным как лед ноготком? Или про поцелуй на щеке? — с легкой издевкой произнес я, — вспомни, было ли теплым касание ее губ? А потом подумай еще немного и скажи, были ли они вообще настоящими?

— Мне все равно, — неожиданно спокойно отмахнулся Демид, — я знаю, что Афина использовала меня, Паладин. Я знал это с самой первой секунды. Пусть ей семьсот лет. Пусть она не может выйти в реальный мир, а ее тело, возможно, давно мертво. Мне плевать. Афина показала мне нечто лучшее. Нечто большее. Нечто более совершенное, чем наш прогнивший и умирающий мир.

Нечто более прекрасное и возвышенное, чем мы все!

Сказал это Демид так уверенно и фанатично, что я понял, что это бесполезно. Крепкий орешек. Расшатать его и вывести на эмоции не выйдет. Даже ментальное внушение и точечное воздействие аурой Тьмы не помогло.

Неплохо Афина его обработала и подготовила тоже хорошо. Даже экранировала от моей энергии Тьмы, оставив свою метку, по которой я и понял, что она его касалась.

Дура даже потратила Оберег Паладина на культиста.

Магистры бы в гробах повесились, если бы узнали, как именно Афина применила одну из сильнейших защитных техник нашего мира.

Впрочем, полноценно представить их реакцию я не успел.

Копивший все это время энергию для атаки, Демид сорвался с места вперед. Вернее, сорвались энергетические-диски пентаграммы с его рук. Мгновенно преодолев расстояние между нами, пентаграммы с двух сторон сомкнулись на точке пространства, где я был мгновение назад.

Шаг Тьмы помог мне вовремя уйти от атаки, но два столкнувшихся «диска» вдруг разделились на четыре, и снова устремились в меня.

Одновременно с этим, Демид создал в своих руках еще две метательных пентаграммы и, не медля, направил их в меня.

Не прошло и десяти секунд, как летающих проклятых пентаграмм вокруг меня стало так много, что в пространстве просто не осталось свободного места. А потому следующий прыжок я сделал аккурат на позицию Демида.

«Коготь Пустоты» я убрал еще раньше, ради маневренности, а вторая рука была занята поддержанием купола над Мраком, поэтому удар я нанес кулаком. От души напитанным Тьмой кулаком.

Ребра хрустнули, Демида согнуло пополам и бросило в ближайшую стену, но в полете, ублюдок… улыбался?

Причину этого я понял, когда заметил под собой крошечную, размером с блюдце, пентаграмму из золотой пыльцы.

Столб проклятой энергии выстрелил прямо в меня диким потоком, от которого я на рефлексах защитился мантией.

Успешно защитился, смею заметить.

Только вот это был не конец.

Пролетев мимо меня словно рой пчел, пыльца разделилась и устремилась во все стороны. В каждый висящий в воздухе магический круг. Напомню, их были здесь сотни. И в каждый из них влетело по горстке золотой металлической пыльцы.