Последний хранитель

За свою службу приходилось валяться и в грязи, и ползать по болотам, но тем не менее от всего увиденного мне было не по себе.

Мы подъехали к одному из домиков, вышли из кареты и, стараясь не промокнуть, быстро перебежали на крыльцо дома. За дверью начиналась довольно просторная прихожая, на столе горела свеча, остальное все было скрыто темнотой.

– Васта, ты где? – позвал кого-то Паркс.

– Здесь я, Горот, здесь, – проговорила, появляясь из дверей, ведущих в другое помещение, полная пожилая женщина.

– Вот, Васта, тебе постоялец, поселишь его отдельно, и не докучайте ему, парень пробудет у нас несколько дней.

И смотри, чтобы твои подопечные случайно не залезли к нему в карманы, руки отрублю сразу.

– Хорошо, хорошо, Горот, ты же знаешь, парни дома никогда не шалят, это у них не принято, это ведь их дом, а в доме не гадят.

– Ладно, я пошел, некогда мне, займись гостем. – Паркс развернулся, на прощанье незаметно сжал мне локоть и вышел.

– Прошу вас, сеньор, пойдемте, я покажу вашу комнату, – проговорила женщина и пошла впереди, освещая путь свечой. Комната была больше похожа на кладовку, в ней помещались только кровать и небольшая тумбочка, ну да мне тут недолго быть.

А если уж придется задержаться, то сниму себе другое жилье, на прощанье маркиз мне сунул кожаный мешочек, в котором звенели монеты.

– Вот, располагайтесь, к ужину я вас позову, правда, ужинать вам придется вместе с другими постояльцами, но другого я вам пока предложить ничего не могу, так что располагайтесь, – повторила она и ушла, оставив мне свечу.

Я снял камзол, он был сырой, и развесил его на спинке кровати, потом снял сапоги и прилег. В памяти всплыло лицо Альва-Мари, такое милое и такое желанное.

Предавшись воспоминаниям, не заметил, как задремал. Разбудил меня шум – детские голоса и смех.

Прислушался, и мне показалось, что в доме не менее десятка детей, которые что-то рассказывали, смеялись и бегали по дому.

– Сеньор, прошу вас на ужин, – позвал меня голос Васты. Я натянул сапоги, камзол оставил сушиться и вышел в коридор.

Ужин был накрыт в гостиной, когда я туда вошел, разговоры прекратились, и на меня уставилось два десятка мальчишечьих глаз. За длинным столом сидел десяток мальчишек возраста от 7 до 12 лет.

– Ты кто? – спросил самый старший из них.

– В первую очередь – человек, а вообще новый постоялец, – улыбнулся я ему.

– А что ты умеешь? – продолжил интересоваться он же.

– Димар, а ну прекрати, знаешь правило, за столом молчат, а все, кто живет в доме, свои.

– Да я ничего, тетя Васта, просто познакомиться хотел.

– Вот поужинаете, и можешь знакомиться, если он захочет, – проговорила Васта. На ужин была каша, сдобренная мясом и маслом, а также фруктовый взвар с куском хлеба. Кормили пацанов сытно, пусть и без изысков.