Невеста снежного демона [СИ]
Она — пламя. Он — лед. Она — огненный маг. Он — снежный демон. Что у них может быть общего? Ничего. Разве только… Одна случайная встреча. Одно опрометчиво вырвавшееся слово. Чувство, вспыхнувшее внезапно, и общая тайна, связавшая их. А еще зимний бал в академии, в ночь, когда возможно любое чудо. Так мало. И так много.
Бело-голубой, ледяной у Дамиана, и раскаленный, оранжево-красный, будто сотканный из струй пламени у Лероя. Басовито загудел накрывший поле защитный купол — на этот раз его активировали на полную мощь. И поединщики сорвались с места.
— Смотри, Керри, — Террелл пересел поближе, на освободившееся место. — Смотри внимательно. На это стоит посмотреть.
Он оказался прав. Это был не просто бой — почти танец. Удивительный, непостижимый, безмерно опасный и завораживающе прекрасный.
Сложность и отточенная выверенность движений.
Неожиданные выпады, виртуозные блоки, откаты, молниеносные мастерские атаки.
Эти двое ни в чем не уступали друг другу. И не только боевикам, даже мне было ясно, что за их действиями стоят долгие годы изнурительных тренировок и полученного в сражениях реального боевого опыта. Не только у Громовержца, но и у Дамиана.
— Хорошо, что ты с нами, Керрис, — словно издалека донесся до меня голос Террелла.
— Угу, — откликнулась я, продолжая увлеченно следить за боем.
— Мы боялись, что ты откажешься встречаться с Даном, — присоединился к разговору Брейтон.
— Он убедил, — хмыкнула я.
Странное, напряженное молчание, последовавшее за моими словами, заставило оторваться от арены и посмотреть на Брейтона.
— Это тебе Дан сказал? — в взгляде Брейта стыло неподдельное недоумение. — Про «немного потерпеть» и про то, что намерен с тобой расстаться?
— Ну да. Сразу, как только связь оборвется.
— А ты сама? Ты этого хочешь?
В памяти промелькнуло лицо Дамиана. Синие глаза, в которых, если долго всматриваться, начинаешь тонуть.
— Разумеется, хочу.
И снова повернулась к арене, краем уха уловив тихое, почти на грани слышимости:
— Что ж, может, это и к лучшему.
— Брейт, — предостерегающее от Террелла.
И в ответ упрямое:
— Он собирается отказаться.
Дальше я уже не слушала, полностью поглощенная тем, что происходило на поле, а там творилось нечто невероятное.
Противники перешли на запредельные скорости, двигались все быстрее и быстрее и практически растворились в воздухе, исчезли, превратившись в два вихря — снежный и пламенный. Они кружили бок о бок, сталкивались, разлетались, чтобы, снова рванувшись друг к другу, слиться в один голубовато-оранжевый смерч.
Невероятно. Головокружительно. Ошеломляюще — до мурашек на коже. Я даже невольно поежилась.
Это движение не осталось незамеченным, но было явно неправильно понято.

















