Последний штрих к портрету

В будущем было его гордое лицо на премьере спектакля, ее дебюта как режиссера. И рассказы об очередном раскрытом деле, и общие друзья, например, Аглая Тихоновна с Глашей или те, пока неведомые ей, Борис и Дина, о которых Бекетов ей рассказывал. В будущем было много чего захватывающего, важного и счастливого, но в настоящем нужно было поймать убийцу и спасти Аглаю Тихоновну, в том числе и от неминуемого расстройства. Как она воспримет известие, что рядом с ней по жизни двадцать лет шагал убийца ее родителей, а может, еще и единственной дочери, предсказать было несложно.

Именно поэтому Катя и позвонила. Пожилая женщина трубку взяла сразу, словно сидела с телефоном в руке в ожидании Катиного звонка.

– Здравствуй, девочка, – сказала она, и Катя в который уже раз поразилась мелодичности ее голоса, в котором не было даже намека на старческое дребезжание. – Звонишь в неурочный час. Что-то случилось?

– Да, Аглая Тихоновна, случилось, – призналась Катя, потому что не умела обманывать даже в малости. – Вы где сейчас, дома?

– Да, дома. Где же мне быть в нынешнюю пору? Конечно, из дома выходить можно, но музеи все закрыты, выставки не работают, совершенно некуда себя направить, если только не в магазины или рестораны.

Но до этих развлечений я не охоча, сама знаешь. Глашка в аэропорт уехала, провожать Аню и ее отца. Они во Владивосток полетели, урну захоранивать. Ну, да ты знаешь.

– Знаю, Аглая Тихоновна. Но ничего, скоро все закончится.

– Что именно должно закончиться? – в голосе пожилой женщины появилась настороженность.

– Расследование. Уже сегодня преступник, убивший Антонину Сергеевну и Нину Петровну, будет задержан.

– А что, его удалось установить? – голос все-таки чуть задребезжал, и Катя в очередной раз подумала о том, что сильные эмоции, пожалуй, могут свалить даже такую непоколебимую скалу, как Аглая Колокольцева.

– Да, если честно, то совершенно случайно. За ним сейчас поедет опергруппа и следователь. А я могу приехать к вам, если вы позволите. Мне кажется, что вам сейчас не надо оставаться одной.

– А сейчас ты где? – нет, не было в этом голосе никаких других эмоций, кроме любопытства. И все-таки, береженого бог бережет.

– Я во дворе у Миши и Маши Лондонов. Но вызову такси и за полчаса доберусь.

– У Лондонов? Боже правый, что ты там делаешь?

– У следователя возникли вопросы к Маше, – честно призналась Катя, продолжая наблюдать, как Бекетов в стороне разговаривает по телефону. Внезапно ей захотелось снова оказаться с ним вдвоем в ее квартире, отгороженной от всего света запертой дверью. Хоть на ковре оказаться, хоть в кровати. Но она понимала, что раньше вечера этого не произойдет. А что произойдет? Одному богу известно. – Аглая Тихоновна, давайте я приеду и все вам расскажу.