Поцелуй тьмы

Впрочем, лишний раз демонстрировать вызов не было нужды, чего-чего, а этого и так хватало.

Альберта вздохнула и наклонилась вперед.

– Мы спорим о терминах, а между тем технические детали не отражают сути дела. Важно другое: сегодня утром ты абсолютно ясно дала понять, что не хочешь быть стражем Кристиана Озера. Помнится, ты даже говорила, что делаешь это против воли и что очень скоро мы поймем, какая скверная это идея.

Тьфу! Я действительно говорила это. И о чем только я думала?

– И потом, когда пришло время защиты, – закончила она, – выясняется, что ты полностью проигнорировала свои обязанности.

Я чуть не вывалилась из кресла.

– О чем это вы толкуете? По-вашему, я не защищала Кристиана из мести? Дикость какая-то!

Все трое смотрели на меня, словно чего-то ожидали.

– Всем известно, что ты не склонна спокойно и терпеливо принимать то, что тебе не нравится, – сухо ответила Альберта.

На этот раз я встала, обвиняющим жестом тыча в нее пальцем.

– Это неправда. Я подчинялась всем правилам, наложенным на меня Кировой после нашего возвращения. Тренировалась, сколько было сказано, и соблюдала комендантский час. – Ну, несколько раз я нарушала комендантский час, но ненамеренно и всегда для пользы дела. – С чего бы я стала таким образом ему мстить? Чего я этим добилась бы? Стэ… Страж Альто не причинил бы Кристиану никакого реального вреда, даже бить не стал бы. Единственный результат таких действий – если рассматривать их как сознательные – оказаться втянутой во все это и столкнуться с возможностью отстранения от полевых испытаний.

– Тебе действительно грозит отстранение от полевых испытаний, – решительно заявила Селеста.

– Ох!

Я села, внезапно утратив всю свою дерзость. Несколько мгновений в комнате висело мрачное молчание, а потом за моей спиной заговорил Дмитрий.

– В ее словах есть смысл, – сказал он. – Если бы она хотела выразить протест или отомстить, то нашла бы для этого другой способ.

Сердце громко заколотилось в груди. Дмитрий понимал, что я никогда не прибегла бы к такому способу мести. Он не считал меня слабоумной. Ну, не слишком слабоумной, по крайней мере.

Селеста нахмурилась.

– Да, но после той сцены, которую она устроила сегодня утром…

Дмитрий сделал несколько шагов вперед и остановился рядом с моим креслом. Его близкое присутствие почти успокоило меня. Возникло острое ощущение déjà vu – когда прошлой осенью мы с Лиссой вернулись в Академию, директриса Кирова чуть не исключила меня, но Дмитрий вмешался в разговор и убедил ее не делать этого.

– Это косвенное обстоятельство, – заговорил он. – Да, ситуация выглядит подозрительно, но никаких доказательств нет.