Отказ не принимается (СИ)

Они если и бывают в магазине, то в основном женам духи покупают. А так… кому я нужна с прицепом? Только однокласснику-Жорику. Да вот мне он не нужен.

В школе надежды подавал, а теперь… охранник на автостоянке. Да не то беда, что охранник, а то, что в субботу в девять утра Жорик уже с бутылкой пива на лавочке у подъезда.

Женихается последние полгода. Но он зовет Тимку спиногрызом.

Это для меня все. Барьер.

Что маме рассказать? Что я хочу нормального женского счастья?

Чтобы сумки таскала не я, чтобы ругаться из-за цвета обоев, чтобы подкладывать любимому самые вкусные кусочки. Семью хочу, мужа, Тимке отца. Как растить пацана без мужского авторитета?

– Да, ничего, мам, – вздыхаю я, оставляя горькие мысли при себе. Она сама растила нас одна, овдовев в двадцать три, еще совсем девчонкой. – Просто жалко себя стало. Это пройдет.

Мама, стащив с меня шапку, молча погладила по голове. Да и что тут скажешь? Я одна, что ли, с такой проблемой?

– Пошли ужинать. А потом пить чай с вареньем.

Простой рецепт от мелких житейских невзгод, но он работает.

И красноватый чай в фарфоровой чашке с маленьким сколом, и крыжовниковое варенье ложкой из банки, и даже тускловатый из-за упавшего напряжения свет кухонной люстры – все окутывает домашним уютом.

И я почти забываю возмутительное предложение Воронцова, но оно настигает меня, когда я перед сном отправляюсь в душ смыть с себя въевшиеся навязчивые запахи с работы.

Глядя на себя в зеркало, я задаюсь болезненным вопросом: «Что во мне не так?».

Ведь даже не попытался увлечь, соблазнить. Сразу предложил товарно-денежные отношения, очертил границу.

И не только не извинился за все, что наговорил, кем выставил, Воронцов решил меня сделать такой. Девкой для досуга…

Как живые, на меня накатывают воспоминания об отвратительном дне.

Глава 5

– Если ты, тварь, хоть пальцем тронула мою дочь, я тебя размажу!

Эстель – его дочь? Этого психа?

– Отпустите меня! И мы во всем разберемся! И уберите свои руки!

Рычащее чудовище сверлит меня карим взглядом. Будто мне назло, он не торопится прекратить. Более того, откровенно меня лапает, вглядываясь в лицо, скользит ладонью по ребрам, оглаживает талию. Неужели он ждет, что я поверну все в сексуальную игру? Он ненормальный!

– Пап! – зовет из кухни Эстель. – Пап, я тебе кашу оставила!

Кошмар! Этот сумасшедший так орал, не выбирая слов! Сколько из этого услышал ребенок! Она сейчас нахватается!

Хотя, это не моя проблема. Пусть сам разбирается со своей дочерью.

– Сейчас, Тиль, – поводя мощными плечами и не отводя от меня глаз, подает голос папаша. – Только кое с чем разберусь.

– С чем? – заинтересованный голос, подкрепленный шарканьем по полу, слышится ближе. – Покажи. Ты же обещал не работать!

– Отпустите сейчас же, – шиплю я на незнакомца.