Отказ не принимается (СИ)

– Я не пью лекарства!

Когда лифт выплевывает нас на нужном этаже, я уже не сопротивляюсь.

Сама следую за Виктором.

Он открывает дверь в одну из квартир, не разуваясь, идёт сквозь анфиладу комнат, на первый взгляд производящих впечатление непригодных для жизни, ну если только для журнальных фото. Мне неловко, что я в уличной обуви, но Воронцова, похоже, это не слишком волнует.

Наконец, он толкает какую-то дверь, за которой нас встречает розовое царство настоящей принцессы.

И первым, что мне попадается на глаза, становится не маленькая хозяйка, а полочка с фотографиями. Одна из них сразу приковывает мое внимание.

Потому что один из троих запечатленных на ней – Тимкин отец.

Глава 10

Фото смеющегося молодого мужчины буквально выжигается на моей сетчатке.

– Варвара! – Воронцов нетерпеливо окликает меня, замершую на пороге комнаты.

Дернувшись, я перевожу на него растерянный взгляд.

– Видишь, Тиль, Барби немного поломанная, зато та самая. Оригинальная, – раздраженно говорит он дочери.

Поломанная – это очень подходящее слово.

– Меня зовут Варя, – подойдя к постели девочки, я сажусь в изножье, гоня от себя мысли и догадки по поводу фотографии.

Эстель вовсе не выглядит нездоровой, лишь немного бледной. И все равно сердце не отпускает тревога. Она же такая маленькая. Много ли ей надо?

– Ну, Тиль! – давит Виктор. – Выкладывай!

Девочка куксится, ее глазки, такие ясные, какие бывают только у детей, вот-вот наполнятся слезами.

– Я не хочу больше магансовку, – переводит на взгляд на меня в поисках поддержки.

– Я тебя прекрасно понимаю, Эстель. Скажи, какие таблетки ты сосала? Может, дядя доктор не станет тебя заставлять… – пытаюсь я уговорить ребенка, напуганного реакцией взрослых. Хотя взрослых я тоже понимаю.

– Я не знаю, какие… – лепечет она.

– Тиль! – жестко берет переговоры в свои руки Воронцов. – Рассказывай! Или я отберу у тебя планшет, и больше никаких мультиков! И на новый год тоже! Не только ты можешь ставать ультиматумы!

– Что такое утиматы? – пугается ребенок.

Так. Взрослый хуже ребенка!

– Виктор Андреевич, вы, может, сходите водички попьете? – дергаю я Воронцова за штанину. Навис над кроватью, как над подчиненным!

– Варвара, ты не у себя дома! – огрызается он, мне очень хочется отбрить в ответ, но при дочери не стоит ронять отцовский авторитет.

– Я у вас в гостях, можете принести воды мне, – нажимаю я.

Полоснув по мне взглядом, Виктор выходит из комнаты.

– Не принимайте близко к сердцу, – внезапно раздавшийся голос пугает меня.

Оказывается, в спальне еще один человек. Возрастная дама. Не то нянька, не то домработница. Я ее не заметила, потому что она молчала, видимо, имеет опыт общения с Воронцовым, а обзор мне загораживали широкие плечи Виктора.