Позор рода, или Выжить в академии ненависти

Приторная сладость растекается во рту, но я едва чувствую её. Лишь горечь оседает внутри, жжёт раскалённым железом.

Когда убираю чашку на столик, мы с Вудс встречаемся взглядами.

— Раз вы смогли пережить это, то вы невероятно сильная, — сочувствующе улыбаюсь я. — Вашего мужа забрали Великие Легенды, он в лучшем мире. Его магия вернулась прародителям.

Что ещё сказать той, которая потеряла всё? Мне знакомо чувство опустошения. Никакие слова не помогут. Не заполнят то, что безвозвратно утеряно.

— Я взяла частичку души Корнуэла, его отражение. Мне позволили, — печально улыбается она.

 — Это стоило много денег, я потратила почти всё, что мне досталось от мужа. Но мне удалось сохранить хотя бы отголоски его магии и его самого.

— И где вы храните отражение?

Вудс поворачивает голову и касается пальцами мирно сопящего пса, завёрнутого в плед.

— Всегда рядом с собой. Я же говорила, что мы со Сладусиком связаны.

— О…

Я слышала о таком, но даже представить не могла, что смогу увидеть вживую. И едва ли могла представить, что отражение дракорианца можно поместить в животное. Наверняка пёс живёт уже долго. Вот почему он магический.

— Поэтому путаться со старшекурсниками дело гиблое! — поворачивается Вудс, и притворно сводит брови к переносице, затем косится на мой пиджак. — Думай, что творишь. Девушки твоего возраста, а теперь, как я уже поняла и обстоятельств, часто ищут хоть немного любви и заботы. И парни этим пользуются. Не позволяй никому пользоваться собой. Дурой не будь, поняла?

— Поняла, — киваю я, допивая чай.

— А теперь иди, раз согрелась, — Вудс встаёт с дивана и принимается убирать со столика. — Учи уроки и помни, чтобы после отбоя тебя не видела.

Остался последний выговор.

— Да, мэм. Хорошего дня, — я подхватываю пиджак с сумкой и уже иду к выходу, как вдруг мне вслед прилетает

— Спасибо, Медея. Он — самое важное, что есть в моей жизни. Больше никого нет.

Я оборачиваюсь и смотрю на женщину. Теперь я вижу её совсем другой. Да, вредной. Да, частенько несдержанной. Порой маниакально зацикленной на работе. Но теперь понимаю, что за этим стоит, и злиться больше не хочется.

Я киваю Вудс и выхожу из её комнат, чувствуя странную тоску внутри. У каждого из нас свои трагедии. И даже спустя годы не всегда удаётся оставить их за спиной.

"

"Глава 18. Быть рядом с ним, всё равно что сидеть на пороховой бочке

На следующий день я первым делом иду к Шейдмору, узнать, когда мой дядя явится в академию. Вчера я отдала профессору кулон и остаётся лишь ждать и надеяться, что задуманное сработает.

Но едва я выхожу из комнаты, как почти сразу натыкаюсь на Лину. Она будто поджидает меня.

— Привет, Дея, — расплывается сводная сестра в улыбке.

— Доброе утро, — хмуро бурчу я, думая, просто пройти мимо.