Предательство

Я часто слышала ее в его словах, я чувствовала ее каждый раз, когда он прикасался ко мне. Я хотела снова ощутить эту силу внутри себя... — Я хочу запомнить этот момент навсегда. — вздохнула я, впервые за несколько недель почувствовав себя правильно. — Быть здесь... как это ощущается... как пахнет, твой вкус, погода. — Я удовлетворенно вздохнула. — Я думаю, что я возможно, влюбляюсь в тебя."

"— Господи, Тиган, не говори этого, если не имеешь в виду. — хрипло предупредил меня Ноа, прижимая мое тело к своему.— Не то, чтобы... не говори этого, если не уверена в этом категорически.

— Категорически? — Я подняла брови и ухмыльнулась. — Проглотил словарь перед тем, как сказать это, Ноа?

— Я серьезно. — прорычал он.

— Я тоже. — поддразнила я.

Перевернув меня на спину, Ноа склонился надо мной, пристально глядя в мои глаза.

— Не шути со мной, Тиган. — прохрипел он. — Только не о таком.

— Я не... — прошептала я, чувствуя внезапное беспокойство. Подняв руку, я прижалась к его лицу. — Я не шучу с тобой, Ноа, — услышала я свои слова. — Я серьезно относилась к каждому слову.

Это была правда.

Я говорила правду.

Черт возьми, это была правда.

Я закрыла глаза и сделала медленный успокаивающий вдох, прежде чем заговорить.

— Мне не следовало этого говорить.

— Нет, стоило. — возразил Ноа, прижимаясь поцелуем к моему носу. — Если ты это имела в виду...

— Я это имела в виду. Боже правый, я это имела в виду. — шипела я, чувствуя себя невероятно уязвимой. — Черт, я люблю тебя.

Ноа рассмеялся, а я открыла глаза и уставилась на него.

— Перестань смеяться надо мной, придурок. — прорычала я. — Я только что сказала тебе, что люблю тебя. Это серьезно.

— Я знаю. — прохрипел он. — Неужели не чувствуешь, каким счастливым ты меня сделала?

Ноа прижал свою выпуклую эрекцию к моему бедру, и я зажмурила глаза, прежде чем застонать.

— О боже, еще слишком рано для таких разговоров...

— Кто говорит? Медиа, доктор Фил, твой дядя? — Ноа усмехнулся, прежде чем прильнуть ртом к моей шее. — У любви нет определенных временных рамок, детка, — прошептал он, проводя поцелуями вверх и вниз по моей коже.

— А должна, — простонала я, извиваясь под ним. Вес тела Ноа на моем приводил меня в экстаз, и мне все труднее было сосредоточиться. Его губы оказывали на меня такое воздействие. — И перестань называть меня... деткой.

— Ты же сама сказала, — прошептал Ноа, возвышаясь надо мной и улыбаясь мне. — Ты сказала, что влюблена в меня.

Мои щеки покраснели.

— Да, и что?

— Это самое важное слово, — мягко сказал он мне.

— Ого, — поддразнила я. — Ты несешь еще больше бреда, чем обычно.

Ноа ухмыльнулся и прижался губами к моим губам.

— Ты любишь своего дядю, да? — спросил он.

Я кивнула. Макс был засранцем, но я любила его...

Улыбка Ноа расширилась.