Предательство

Слезы катились из моих глаз, стекая по щекам, смешиваясь с дымом и засохшей кровью.

— Я тебя не виню, — тихо добавила я. Рука Ноа ненадолго замерла, а затем снова начала двигаться.

— За то, что ты выиграл бой, — пояснила я. — Я.… я рада.

— Я не хочу думать о поединке, Тиган, — тихо сказал Ноа. — Мне нужно сосредоточиться на том, чтобы вытащить тебя отсюда.

— Мне жаль, — прошептала я. Это нужно было сказать. — Это моя вина.

— Нет, — покачал он головой. Его пальцы лихорадочно работали, пока он разрезал ремни. — Это все на мне, детка.

— Я не должна была приходить сюда... Я заставила тебя уйти со мной...

— Тиган, посмотри на меня. Посмотри на меня. — Глаза Ноа были красными и болезненными. — Это не твоя вина. Ты понимаешь меня? Это моя вина, детка, и ты не будешь за нее отвечать.

В моих ушах зазвучали сирены, и меня охватила паника. Ноа резко выдохнул.

— Как только этот ремень порвется, я хочу, чтобы ты вышла из этой машины и бежала. — Он поймал мой подбородок между пальцев. — Не останавливайся. Не жди меня.

Он крепко поцеловал меня, и я почувствовала, как ремень поддался.

— Сделай это, — шипел он. — Беги.

*****

ГЛАВА 24

Логан

В глубине души я всегда знал, что все это закончится огненным кошмаром.

Единственным сожалением было то, что я сидел сложа руки и позволял этому продолжаться столько лет.

— Сегодня ты поступил правильно, Логан, — сказал мой отец, стоя рядом со мной и наблюдая, как парамедики осматривают Ноа, а пожарные тушат его пылающую машину.

Вот только я не поступил правильно.

Я ни черта не сделал.

Тиган...

— Как ты думаешь, что с ним теперь будет? — спросил я, наблюдая за тем, как на Ноа надевают наручники двое полицейских и усаживают в кузов патрульной машины. — Он отсидит? — спросил я. — Ты можешь ему помочь, папа?

Мой отец тяжело вздохнул, затем обхватил меня за плечи и повел обратно к машине. — Я не знаю, Лоу, — прохрипел отец, забираясь в машину. Я сел рядом с ним.

— Я просто хотел бы, чтобы ты доверился мне раньше, — сказал он, и я услышал разочарование в его тоне, пока мы ехали обратно к карьеру.

— Я мог бы сделать для этого парня гораздо больше, если бы знал... черт возьми.

Отец так резко затормозил, что я подумал, что он перевернет машину, но потом он сделал то, чего я не ожидал.

Он вышел из машины и направился к толпе людей, закованных в наручники у склада, за которыми следили несколько вооруженных полицейских.

— Ты, — прорычал отец, проталкиваясь мимо отчима Ноа, который был прикован наручниками к здоровенному полицейскому.

Отец остановился перед хрупкой светловолосой женщиной. Мать Ноа, понял я, вылез из машины и побежал за ним.

— Держи себя в руках, — крикнул я своему вспыльчивому отцу.

— Келси Мэйфилд, — прорычал отец, вздымая грудь.