Предательство

— Работа напряженная, и мне нужно будет вернуться до того, как... — Я согласна, — радостно воскликнула я, прежде чем вскочить на ноги. — О боже, я знала, что не зря люблю тебя, Максимус. Я, танцуя, выбежала из гостиной и схватила свое пальто, висевшее на двери. — Мне нужно сказать Хоуп.

— У тебя есть десять минут, — крикнул Макс. — Ты все еще под домашним арестом.

****

Ладно, Хоуп не была так рада за меня, как я думала вначале.

— Ты, наверное, шутишь, — огрызнулась она, ее щеки вспыхнули, а глаза сузились. — Ты уходишь. Она скрестила руки на груди и вздохнула.

— Я не могу поверить в это дерьмо. — Не строй из себя принцессу, — со смешком парировала я. — Это всего на несколько дней, я вернусь раньше, чем ты успеешь оглянуться...

— Ты говоришь это сейчас, — ворчала она, откинувшись в кресле. — Но когда ты поедешь туда и тебе понравиться, что ты дома, это будет совсем другая история.

Я закатила глаза и сделала глоток горячего шоколада.

— Что ж, поехали с нами, если ты так волнуешься. — ухмыльнувшись, я добавила — Но предупреждаю сразу, там не так уж много интересного. Глаза Хоуп загорелись.

— Думаешь, твой дядя будет не против? Я пожала плечами.

— Сомневаюсь, — усмехнулась я. — Он довольно покладистый. Вытащив телефон из кармана джинсов, я отправила дяде Максу быстрое сообщение с вопросом, не будет ли он против, если Хоуп поедет с нами.

Он ответил мне через пару минут.

Макс

Я не против, если ее родители не против. Билеты заказаны. Буду дома в пять.

Ты все еще под домашним арестом.

Я усмехнулась и показала Хоуп сообщение.

— Это отличные новости, — щебетала она. — Не могу дождаться. — Ты еще не знаешь, отпустят ли тебя родители, — предупредила я ее.

Хоуп бросила на меня взгляд, говорящий «я тебя умоляю, дурочка», и протянула телефон обратно.

— Я всегда хотела поехать в Ирландию, — мечтательно вздохнула она, положив подбородок на руки. — Дядя Дерек был там, и мои родители тоже...

— Удачи тебе в попытках уговорить папу, Медвежонок, — хихикнула бабушка Хоуп, аккуратно укладывая на прилавок несколько пирожных «Королева».

— Бабушка, пожалуйста, — проворчала Хоуп, с любовью улыбаясь невысокой беловолосой женщине. — Это возможность всей жизни.

— нахмурившись, она добавила. — Папа не испортит мне все это. Бабушка Трейси вытерла испачканные мукой руки о свой маленький розовый фартук и вздохнула.

— Вам четверым уже семнадцать и восемнадцать лет, а ваш папа все еще заставляет меня приходить и смотреть за вами, когда они с мамой уезжают из города.

Я изумленно уставилась на свою подругу.

— Твоя бабушка все еще присматривает за вами, ребята?

Хоуп покраснела, а я расхохоталась.

Я покачала головой и попыталась сдержать улыбку.

— Вам по восемнадцать.