Прекрасный подонок

– Боже, что за жалкое зрелище, – проворчал Генри, проходя мимо меня.

– На себя посмотри.

– Вам обоим следовало бы заткнуться, если кого-то интересует мое мнение, – добавила Мина, следуя за супругом в столовую.

София была первой внучкой и принцессой нашего семейства. Как и всегда, во время ужина она пожелала сидеть у меня на коленях, а я пытался есть, ничего на нее не уронив и старательно избегая ее «помощи». Вот уж кто точно вертел мной, как хотел.

– Беннетт, я собиралась тебе сказать, – начала мать, передавая мне бутылку вина. – Не мог бы ты пригласить Хлою на ужин на следующей неделе и постараться, чтобы она пришла?

В ответ я застонал, за что немедленно получил пинок под столом от отца.

– Боже! Почему всем так хочется, чтобы она сюда заявилась? – поинтересовался я.

Мама выпрямилась, нацепив лучшее из своих выражений в стиле «строгая мамочка».

– Она одна в чужом городе, и…

– Мама, – перебил я. – Она живет тут еще с колледжа. Ей двадцать шесть. И для нее это давно не чужой город.

– Вообще-то, Беннетт, ты прав, – ответила она с редкой для нее ноткой раздражения в голосе. – Она приехала сюда для учебы в колледже, закончила с отличием, несколько лет проработала на твоего отца, прежде чем перейти в твое отделение и стать лучшим твоим работником – и при этом она еще посещает вечерние занятия, чтобы получить степень.

Я считаю, что Хлоя поразительная девушка, и у меня есть на примете кое-кто, кого я хочу с ней познакомить.

Когда значение маминых слов дошло до меня, я застыл с вилкой в руке. Мать хочет кому-то сосватать Хлою? Мысленно я перебрал всех знакомых холостяков, но тут же отбросил каждого из кандидатов. Брэд: коротышка. Дэмиан: трахает все, что движется.

Кайл: гей. Скотт: тупица. В любом случае я чувствовал себя странно. Как будто у меня в груди что-то сжалось, но отчего? Если мне пришлось бы определить это чувство, я бы назвал его… гневом?

Но с какой стати мне сердиться на то, что мать хочет ее с кем-то познакомить? «Возможно, потому, что ты спишь с ней, осел», – шепнул внутренний голос.

Ну, не столько сплю, сколько трахаю. Ладно, трахнул ее… дважды. «Трахаю» предполагает, что я намерен продолжать. Ах да, еще я лапал ее в лифте и храню ее разорванные трусики в ящике стола.

Как конченый псих.

Я прижал ладони к лицу.

– Хорошо, я поговорю с ней. Но не питай слишком больших надежд на это сватовство. Если оценивать обаятельность мисс Миллс, то она близка к нулю по абсолютной шкале, так что найти желающих будет непросто.

– Знаешь, Бен, – вмешался мой брат, – думаю, все здесь согласятся, что ты в буквальном смысле единственный, кто не может найти с ней общий язык.

Я окинул взглядом стол и нахмурился. Все кивали головами, как болванчики, соглашаясь с моим идиотом-братцем.