Прибежище богов

– Хорошо, – тряхнула головой мадмуазель Волконская, болезненно скривившись, – как бы невероятно это ни звучало, Анна Сергеевна, но я склонна вам поверить. Только, если можно, предоставьте мне лошадь, если у вас под рукой нет никакого иного транспорта поцивилизованней.

– Да ради Бога, Елизавета Дмитриевна, – ответил я, подстраиваясь под ее стиль, – берите любую лошадь амазонок на выбор. Своим бывшим хозяйкам они уж точно не понадобятся. А сейчас прошу меня извинить – мне надо заняться другими делами.

Пока мы с Птицей и Коброй разбирались с мадмуазель Волконской и ее незаметным, чем-то неуловимо похожим на Антона, спутником, Док и Бухгалтер с увлечением потрошили навьюченную на «осликов» поклажу, и груз этот заслуживал отдельного «доброго» слова.

М-да, больше всего это было похоже на то, что амазонки нашли современную нам свалку и хорошенько на ней порылись в поисках самых нелепых и ненужных вещей. Пищевых отходов и дырявых галош, конечно, не было, но остальное… Полный антиквариат соседствовал с хайтеком, непонятным даже нам. Ржавое огнестрельное оружие без патронов, сотовые телефоны без батарей, и тут же вполне годные калькуляторы на солнечных элементах и печатная машинка с латинским шрифтом тысяча девятьсот лохматого года выпуска. Иногда это были просто печатные платы от радиоаппаратуры непонятного назначения, а иногда даже и книги на различных языках, в том числе и незнакомых никому из тут присутствующих.

Очевидно, что, не умея разобраться в ценности и нужности артефактов совершенно чуждой им технической культуры, амазонки тащили тевтонам на обмен все подряд в надежде, что клиенту понадобится хоть что-то. Правда, часть вещей была подозрительно новой и даже в фирменной упаковке, как, например, пара новеньких ноутбуков в симпатичных кожаных чемоданчиках или запаянные в хрустящие пакеты комплекты женского нижнего белья. Возблагодарив Всевышнего за то, что я пока не послушался Птицы и еще не приказал перерезать Афанасии глотку (так что у нас еще есть у кого спросить о том, откуда амазонки взяли все эти вещи), я распорядился выкидывать на землю всякое барахло, оставляя только то, что будет, безусловно, полезным для нас в дальнейшем походе. К радости «осликов», таких вещей оказалось немного, и их поклажа облегчилась настолько, что можно сказать, они оказались почти налегке."

"Вся эта сортировка-переупаковка длилась примерно минут пятнадцать. Ну, а потом, перекрестившись и сказав «прощай» этому месту, мы, посадив наших спасенных в седла, выступили в обратный путь. Пора было возвращаться к своим. И хоть чисто по-человечески мы поступили вполне правильно, но терзали меня смутные сомнения, что наплачемся мы еще с этими «соотечественниками», которые нам совсем не соотечественники.